Интернет-журнал Республика Карелия

Единственная стрела

Владимир Рудак 7 марта 2013
Голосовать -3 | +55 +
Иллюстрация: немецкая художница Ines Scheppach, http://www.liveinternet.ru

Иллюстрация: немецкая художница Ines Scheppach, http://www.liveinternet.ru

Мы используем друг друга, чтоб заполнить пустые места.
Борис Гребенщиков

 

Елена Степановна часто заходила на сайт местной организации нудистов «Смелая нагота». Каждый раз, когда она уже готова была отправить заявку на вступление в группу, что-то ее останавливало. Наверное, это были последствия скупого на чувственность воспитания. В их семье сдержанность почиталась наивысшей добродетелью. Эмоции хранились надежнее, чем фамильные драгоценности, которые никогда не носят и никому не показывают, а только вскользь упоминают, чтобы отметить статус владельца. Праздники походили на скучные методические занятия. Накрывали дубовый стол с толстыми, как у бегемота, ножками. Ставили еду в изящных блюдах. Чокались хрусталем, поздравляли друг друга. Не было блеска в тостах и огня в беседах. «Оставим это простолюдинам», – так выражалась бабушка Анатолия Генриховна, в прошлом прославленная пианистка. Елена Степановна часто вспоминала ее крючковатые пальцы в кольцах с разноцветными камнями, ломающие халву. Такие же были у сорвавшегося после удара током со столба электрика-высотника. Он лежал на асфальте, накрытый плащ-палаткой майора из первого подъезда, и не дышал. На его крик сбежался весь двор. Дворник снял кепку и сказал: «Из праха в прах». Из-под плаща торчала скрюченная рука с подергивающимися пальцами, только что без колец.

В голых телах есть некая притягательная сила, считала Елена Степановна. Ей двигал не физический интерес, ее пленяла эстетика. Она просматривала галереи нудистов и верила в духовную силу обнаженных людей. Люди прекрасны, даже если их фигуры не совсем пропорциональны. Руки, ноги, гениталии. В обычном обществе, где все оценивают друг друга по одежде и по тому, что под ней, было сложно комфортно устроиться человеку с иными взглядами и неидеальными пропорциями. Ей хотелось нестись по пляжу с каким-нибудь голым мужчиной навстречу набегающей волне. Громко смеяться, вскрикивать, падая во вспененную воду. Она мечтала примкнуть к свободным от предрассудков людям, чтобы наслаждаться жизнью, пока есть такая возможность.

Вся родня потихоньку перебралась за границу. Анатолия Генриховна была женщиной непредсказуемой, умела преподнести нежданный сюрприз. Когда Елена Степановна узнала, что унаследует пятикомнатные хоромы, то долго не могла в это поверить, так как не ждала ничего подобного от бабушки. Ей приходилось много платить за их содержание, но благо ее поддерживал старший брат Петр, регулярно пополняя счета. Он держал сеть отелей в Греции, где жил вместе с женой и тремя детьми. Брат постоянно приглашал ее в гости, но она все никак не могла собраться. Пожалуй, Петр был единственным человеком из всей родни, кто умел откровенно радоваться простым вещам и делать людям искренние комплименты.

По настоянию бабушки Елена Степановна прошла весь путь обучения от музыкальной школы до консерватории, чтобы стать доблестной пианисткой. Анатолия Генриховна была деспотична и правила всем их семейством до самого своего последнего вздоха, отдающего нафталином. Добиться особых высот Елене было не суждено, но определенную известность в узких кругах она все-таки обрела. К ней приводили учеников разного уровня. Но как только она вышла на пенсию, тут же решила отказаться от частных занятий, чтобы наконец-то посвятить все оставшееся время себе. В учениках Елена Степановна видела маленькую себя. Отталкивало ставшее ненавистным стремление к славе, которая обошла ее, даже не погладив слегка по голове в знак признательности за все эти годы терпеливого ожидания.

Какое-то время Елене Степановне очень нравился один мужчина. Элегантный. В черной шляпе. Он жил двумя этажами выше. Все изменилось после того, как она выяснила, что он глухонемой. Ей хотелось вбегать в море под радостный крик, а не в суровом безмолвии. К сожалению, мечта никак не могла реализоваться с какими-то поправками и компромиссами. Созданный в виртуальной реальности сознания тонкий и хрупкий механизм не запустится без идеально подходящих друг другу деталей. Сначала она увидела в окно, как мужчина в шляпе выходит из подъезда и садится в машину. Этого было достаточно для того, чтобы она начала подлавливать момент его возвращения. На звук подъезжающей машины подбегала к окну. Волновалась. В забытьи неистово терла краем фартука тарелку. Однажды ей повезло. Увидев, как он направлялся в подъезд, Елена Степановна тут же вышла на лестничную площадку. Поздоровалась. В ответ ни слова. Он прошел мимо, даже не взглянув в ее сторону, что стало поводом для терзаний и самоуничижения одинокой женщины. Она выпила два пузырька боярышника, стопку коньяку и допила сухое вино, простоявшее с прошлого года в кухонном шкафу. Слезы стремительно сбегали по щекам, заполняя глубокие складки морщин. Их вкус напомнил ей отдых на Азовском море. Мама лежала на покрывале в солнечных очках и наслюнявленным кусочком газеты на носу, а она плескалась на мелкоте, опоясанная надувным кругом, глотая морскую воду. Было это или нет? Как в любимом кино, с героями которого так не хочется расставаться, что надпись «Конец фильма» отдается болью в груди. Сначала ей было жалко себя. Потом она возненавидела ограниченный мир мужчин, погрязших в сладострастных фантазиях. Затем представляла себя обличительницей бессилия молодости и красоты. Десятки тысяч красавиц мира рыдали, узнав, что красота улетучивается быстрее тряпок на сезонной распродаже. Только потом, когда уже не осталось места для разоблачений, Елена Степановна увидела, как мужчина в шляпе во дворе разговаривает с женщиной при помощи жестов. Опять поплакала пару часов, но уже без успокоительного и алкоголя.

Светлым пятном детства и начала юности были занятия стрельбой из лука. Отец возил юную Елену на «Волге» два раза в неделю на тренировки к своему знакомому лучнику, который не уставал нахваливать ее способности. Естественно, бабушка не приветствовала это и всячески старалась убедить отца прекратить пустую трату времени. Проницательная Анатолия Генриховна считала, что он пытается реализовать свою безуспешную спортивную карьеру, используя дочь. «Не должна девочка стрелять из лука или метать молот. Потому что подобные вещи никоим образом не сказываются на развитии личности», – бабушка трясла седой головой в негодовании.

Самой же Елене стрелять из лука нравилось больше, чем заниматься музыкой. У натянутой тетивы была своя мелодия. Она благодарна отцу за то, что он не поддался настойчивому давлению бабули и продолжал возить ее на тренировки. Заметно прогрессируя, Елена получала разряд за разрядом. Выигрывала более ценные призы, чем те, что вручали за исполнение непреходящей классики. Намеревалась дойти до олимпиады.  Но все закончилось после того, как тренер подарил ей свой лук, а сам уехал жить в Канаду. Вернее, сбежал вместе с женой во время соревнований в Ванкувере. Елена на какое-то время слегла, потому что была чувствительной и ранимой. Прикипала к людям и сильно переживала, когда они уходили из ее жизни. Тренер звонил по праздникам. Еще от него приходили посылки со жвачкой и вещами. Отец объяснил Елене, что Вальтер не мог больше здесь оставаться. У него не было никакой возможности воплотить в реальность свои творческие замыслы. В то время Елена не понимала, что это значит. Только позже, повзрослев, выяснила, что Вальтер писал опальные стихи, обличающие систему. Детство таяло на глазах, как кусок рафинада в стакане с горячим чаем. С другим тренером не заладилось. Зачехленный лук, колчан и единственная стрела хранились в дальней комнате, там же, где стояли пианино, вымпелы, кубки и медали. Она туда не входила уже несколько лет. Тяжелые бархатные шторы, напитанные пылью, закрывали окна. Дверь заперта на замок. Массивный ключ с витиеватой бородкой висел на гвозде рядом с косяком. Это был законсервированный портал в прошлое, который ей никак не хотелось активировать. Она, как и многие, никак не могла выбросить невостребованные вещи. Старые фотографии, которые никогда не будет смотреть, потому что они возвращают ее в прошлое, где даже самые светлые воспоминания оказываются в траурной рамке.

Мужчин в жизни Елена Степановны было мало, как пассажиров у кремлевского «ЗИЛа», предназначенного исключительно для избранных. О чем она нисколько не жалела. Мужчины находили ее вполне привлекательной, но сама она считала, что ее ноги коротковаты, а зад недостаточно заметно выпирает. Замужество не сложилось. Хотя временами ей казалось, что не сложилась вся жизнь. Пианисткой она не стала, наивысшего достижения по стрельбе из лука вместо нее добилась Кетеван Лосаберидзе, за границу не уехала. Живет в пятикомнатных хоромах одна. Подруг нет. Им как-то не находилось места в ее плотном графике между музыкой и спортом. Да и не любила она сближаться с людьми, ведь это всегда влечет за собой какие-то обязательства. Она заметила, что в своем большинстве все лишь пользуются друг другом, как инструментами для монтажа собственной жизненной конструкции. Ее не привлекали посиделки с душевными излияниями и объятиями. Если ты о чем-то кого-то просишь, то будь готов к тому, что попросят и тебя. Наверняка случится обида, когда ты не бросишься исполнять чью-то дружескую волю. Она готова была заболеть и оказаться в самой неприглядной больнице без должного ухода и врачебного внимания, отдавшись полностью в руки судьбе. И будь у нее возможность этого избежать посредством звонков нужным людям и просьбам, она бы ее не использовала. Представляя себе подобную ситуацию перед сном, Елена Степановна улыбалась, на нее накатывала сладкая дрема. Она никогда не видела снов, чему не переставала радоваться, проваливаясь в дымчатую пустоту.

Несовершенные люди хотят, чтобы совершенные не очень-то задавались и были проще. Богатые относились благосклонно к бедным и охотнее делились бы с ними деньгами. Чтобы на телевидении доставались места телеведущих не только красоткам. А то ведь даже погоду рассказывают модельного типа девицы, что притягивает к экранам совершенно незаинтересованных в метеорологии мужчин и отталкивает женщин с посредственными природными данными. Во многих странах идет упорная борьба за равноправие среди абсолютно не стыкующихся по взглядам и предпочтениям граждан. В большом количестве люди с плакатами чего-то требуют у других людей, которые постоянно им чего-то недодают. С такими мыслями Елена Степановна вышла из дома. Магазин находился рядом. Нужно было пройти через длинную арку с лепниной по своду, в которой сохранялась прохлада даже в самые жаркие дни. Шаги отдавались коротким эхом. В конце тоннеля ждал двор с шелестящей сочно зеленой листвой деревьев. Город прекрасен, считала она. Пока не раздался отчаянный мат. Во дворе стояло несколько парней. Они выглядели заведенными. Особенно один из них, он передвигался дергаными шагами, отчаянно жестикулируя. Елена Степановна поравнялась с компанией. Сначала хотела развернуться, чтобы обойти дом, но гордость ей не позволила. В груди отчаянно стучало сердце, рука, сжимающая ручку сумки на колесиках, взмокла так, что начала скользить. Дерганый продолжал материться, сетуя на то, что ни у кого нет денег, а он планировал хорошо провести время. Она узнала его. Парень жил в соседнем доме.

В магазине Елена Степановна отвлеклась, вычеркивая из списка ручкой с рекламой пищевых добавок купленные продукты. Настроение было превосходным, отчего еще меньше хотелось с кем-либо разговаривать. Когда тучный мужчина хотел завести с ней разговор возле полки с мясными нарезками, она резко отшатнулась к сырам. На обратном пути Елена Степановна думала о том, как приготовит себе на ужин овощной салат, запечет в духовке куриную голень, а потом посмотрит фильм «Легенды осени», который скачала еще утром из локальной сети. Ее вполне устраивало то, что современные технологии позволяют делать многие вещи, не выходя из дома. Даже продукты она могла бы заказать в Интернете со скидкой. Но ей хотелось прогуляться, чтобы не утратить совсем навыки прошлой жизни.

– Она, тупая сука, мне говорит, почему ты не приехал вовремя. Прикинь! – Дерганый проговаривал ругательства с наслаждением. Будто выполнял жизненно важную задачу.

– А ты ей че?

– Че, я послал ее в жопу!

– Вы не могли бы дождаться, пока пройдет женщина, а потом уже открывать свои рты? – Елена Степановна остановилась.

– А где тут женщина? – грубо сказал Дерганый, и все тут же поддержали его дружным гоготом.

– Лучше спросите себя, где здесь мужчины? Я вижу только ржущих дебилов.

– Ты че, бабка, охренела? – Дерганый прищурил глаза. – Вали отсюда, пока по хабальнику не получила.

– Ну, пошла отсюда, – добавил его дружок, отлипая от стены. – Ты  слышал, старая тварь назвала нас дебилами!

Елена Степановна понимала, что разумнее было не связываться, но если все будут молчать, то скоро миром начнут править такие вот придурки. Она так часто молчала в своей жизни, ни во что не вмешивалась, никогда ни за кого не вступалась, что стало противно. Ей претило то, что в ее присутствии кто-то открывает свой поганый рот и извергает ругательства. Только она хотела что-то добавить, как в следующую секунду почувствовала пинок под зад. Он был таким сильным и неожиданным, что она упала, сильно ударившись лицом об асфальт. Стало темно. Также темно было в большом дубовом шкафу, в котором она любила прятаться в детстве. Он стоял в кабинете дедушки возле стены с часами. Елена незаметно пробиралась в него и сидела подолгу, мечтая о будущей жизни среди висящих на вешалках пальто и костюмов. В отличие от бабушки, дед был более миролюбивым. Читал внучке сказки, которые сам же и придумывал, так как был детским писателем. В его кабинете часто допоздна горела настольная лампа с дутым абажуром, свет от которой пробивался тонким лучиком через замочную скважину, рассекая темноту. Елена тихонько вставала с постели, шла в большую комнату, чтобы посмотреть на этот луч. Почему-то он вселял в нее веру, давал ей какие-то надежды, пока в один из вечеров сердце деда не остановилось. Луч погас.

В голове звенело, как после удара в колокол. Елена Степановна открыла глаза и с трудом поднялась. Никого рядом не было. В противоположном проеме арки мелькали проезжающие машины, слышался гул голосов и детский смех. Лицо саднило. Из носа текла кровь. Первый раз в жизни она смотрела на то, как густые капли ее крови падают на пыльный асфальт. Расцарапанные ладони обжигало болью. Придя домой, Елена Степановна села за стол с ноутбуком и отправила заявку в клуб «Смелая нагота». Закусив губу, преодолевая боль в руках, заполнила графу за графой, указывая все необходимые данные. Затем не спеша приготовила ужин, читая про себя одно из своих любимых стихотворений Бродского.

Не выходи из комнаты, не совершай ошибку.
Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку?

За дверью бессмысленно все, особенно — возглас счастья.

Только в уборную — и сразу же возвращайся…

Новостной сюжет про молодого человека, поступившего в городскую больницу в бессознательном состоянии со стрелой в шее, побил все рекорды просмотров в Интернете. Пожилой врач отметил, что это единственный случай в его практике, ранее ни с чем подобным ему не приходилось сталкиваться. У пациента определенно возникнут серьезные трудности с восстановлением речевого аппарата. Есть различные предположения, каким образом стрела оказалась в его шее, но пока никакой конкретики на этот счет нет. Все разводят руками.

Обнаженная Елена Степановна с радостным криком вбежала прямо в набегающую волну, держа за руку голого грека Иринарха, с которым ее познакомил Петр при встрече в аэропорту. Мы используем друг друга, чтоб заполнить пустые места… заполнить пустые места… заполнить пустые места….

  • Уважаемый Владимир, ну зачем Вы так всё свернули! Читал с интересом, а тут раз — и конец. А так хотелось, чтобы от стрелы пострадал в юности тот самый глухонемой, и у них с главной героиней всё получилось.

    Пусть бы и в волну они вместе бросались. А то с каким-то неизвестным греком.

    В любом случае плюсую.

    Голосовать - 0 | +7 +
    Леонид Вертель
    7.3.2013 в 10:53
  • )

    Голосовать - 0 | 0 +
    una
    7.3.2013 в 11:56
  • Казалось бы, если в начале пьесы на стене висит зачехленный лук...

    Но это было неожиданно.)

    Голосовать - -1 | +4 +
    Анастасия Ананьина
    7.3.2013 в 22:46
  • Владимир!

    Рассказ великолепный. Во многих отношениях.

    Ясность мысли и изложения, задача, сверхзадача, событие, язык,

    главное событие и проч.по учебнику и таланту присутствует.

    (вашему, есс- но литературному таланту).

    Однако.

    Не чтением текста, не наблюдением за логикой событий, не за

    «сквозным развитием», а что-то, не знаю как точно и без обиды

    сказать- чуть, немного совсем, чуть-чуть, то ли в неточно

    подобранном слове, то ли чуть не в логике сюжета, -черт! не знаю -

    но «что-то» смазывает ясность картинки талантливого рассказа.

    (для меня, только), имеется какой-то сбой логики - словно финал

    не отсюда заявленный характер героини противоречит ее деяниям -

    — пожалуй так. Для меня во всяком случае.

    Я не считаю, что мое мнение Вам в пользу или сомнение — просто я

    неравнодушен к талантливым людям. Большай это редкость.

    С уважением.

    Голосовать - 0 | +3 +
    макс
    8.3.2013 в 19:55
    • Заявленный характер героини ничуть не противоречит ее деяниям. Поверьте, мне — женщине легче судить о женщине.

      Автору — спасибо, очень правдива эта кажущаяся нелогичность и стиль текста очень соответствует главной идее..

      Голосовать - 0 | +4 +
      Larisa Krasavtseva
      10.3.2013 в 22:09
  • Хороший рассказ — о победе маленького человека над своими комплексами. Читается на одном дыхании, благодаря изящному поэтическому языку. Заключительные строки великлепны. Правда, мысль автора — о предназначении стрелы — угадывается примерно с середины рассказа. Сказывается близость сюжета с «Ворошиловским стрелком». Но образ главной героини — более живой, неожиданный, яркий. Интересно было бы почитать о дальнейшем полете пущенной автором стрелы...

    Голосовать - 0 | +2 +
    Олег Мошников
    11.3.2013 в 13:50

Для того, чтобы высказать свое мнение, регистрация не требуется.
Но, по желанию, вы можете зарегистрироваться или или войти на сайт
через свой профиль в социальных сетях:

  • Ваше имя *
  • E-mail
  • Сайт
  • Текст мнения *



Мы в соцсетях
Лучшие