Интернет-журнал Республика Карелия

Перламутр

Евгений Сологуб 30 января 2013
Голосовать -3 | +103 +
Перламутр

 (отрывок из повести)

 

Ночь – камера-обскура. Чернота. Треск цикад и теплый соленый ветер. В этом южное побережье неизменно! Мысли о ней подобны перламутру, обрамляющему жемчужину. Проникновенная тонкая спина, созвездия родинок – все в такой ночи кажется магическим и ярким. Крым раскрывает перед нами заливы и горы, солнце наполняет каждую клеточку кожи и заставляет щуриться ее карие глаза. Через трамвайные пути по улице Фрунзе мы шагаем и объединяемся в один сгусток радости и света. Фонарики подвешены в черноте аллеи, а мы, проталкиваясь меж людей, идем, сопровождаемые кипарисами. Она кажется еще темнее в обнимку с ночью. Я закрываю глаза и вспоминаю, мог ли когда-нибудь раньше видеть такую красоту, прикасаться к ней, ласкать ее и просто чувствовать ее притяжение, легкость, с которой она так просто отдает себя на познание. Здесь и сейчас. Нет. Тогда и там я прикоснулся к мгновению, об остановке которого так просил Фауст. На пути нам попадается совсем крохотная часовенка. Пропуская свет сквозь цветистую мозаику мутного стекла, призывает к себе. Кира просит пойти с ней. Тащит за собой силой. Сбоку, за столом, клюя носом, сидит старушка. Продает свечи, маленькие иконки, крестики. Меня пугают ее помутневшие глаза, кажется, будто с них стекает жидкая манка, непонятная эмульсия. Мы встаем напротив иконы. Богородица проникает в меня скорбящими глазами, словно просит, умоляет о чем-то. Я знаю, что Христа распяли. А она знает, что распнут. Знает и молчит, проходя в меня и улавливая участившееся сердце. Кира сжимает мою кисть, слегка сдавливая костяшки. Я уверен, что ее карие глаза застилает тонкая прослойка слез. Дрожащей рукой она ставит сразу семь свечей. Аккуратно. Я – ни одной. После каждой поставленной она три раза перед собой рисует крест. Стоит беззвучно. Ноги начинают уставать.

– Доченька, ты так много поставила свечей, вспомнила о родных, наверное, всех, – шуршит старуха. – Попроси и для себя у Бога что-нибудь. Попроси, не бойся. Просить – это ничего. Кто просит, тот получает.

Кира уже не сдерживает слез. Они ровными полосами стекают по скулам, капая на розоватую блузку. Она не двигается. Вновь обращает себя к Богородице. Я уже на улице, смотрю на нее через арку открытых дверей. Спина вздрагивает, и я знаю – вместе с ней вздрагивают те созвездия родинок, которые я так любил рассматривать. Она выбегает из часовни, бросая «до свидания» старушке и сдавливает меня всей своей силой, прижимается к груди и шепчет: «Я тебя люблю! Я очень тебя люблю! Слышишь? Очень!». В ответ я молчу. Тогда мне казалось, что молчание говорит больше. Уже сидя за столиком  в кафе под открытым небом, опрокинув пару стаканов белого вина, она говорит:

– Я всегда плачу в церкви. Слезы наворачиваются ни с того ни с сего. Но от этого легче, –  глаза ее блестят и зовут к себе.

– Это нормальное явление, –  отвечаю я. – Через слезы вроде как вся твоя тоска выходит, вся дурость.

–  А у тебя, значит, нет дурости. Ты ведь не плачешь, – наивно выводит она.

– Почему же, глупая? Не я один не плачу. И может, как раз от того, что дурости во мне выше крыши. И не пробивается туда свет.

– Ты сейчас обманываешь сам себя. Ладно себя, ты меня обманываешь, – смеется она и поправляет взбивает волосы. – Ты у меня хороший. Разве я смогла бы быть с дурным.

Я смотрю на черную линию длиннющего тире горизонта. Одобрительно мотаю головой.

–  Да, наверное.

–  Прекрати грустить или уйду, – капризничает Кира.

–  Куда ты уйдешь, пьяненькая моя? Ночь тебя живой не выпустит. Будешь где-нибудь в темнице со зловонными дядьками сидеть и слезы лить о том, как не потерпела легкой меланхолии своего любовничка.

Она корчит наигранно обиженную мордочку и показывает средний палец.

–  Фи, как некультурно. Такая красавица, и всякие пальчики мне показывает.

Тогда она не ушла. Отправилась восвояси после. Вы уже знаете.

 

Мятая трава моего сознания от перехоженных мыслей о том перламутровом отблеске, что дарила мне твоя вольность, твои кисти, поделенная тонким позвоночникам надвое спина, твои вопросы и мои глупые ответы, тысячи стонов, вздохов, шелестов простыней и вечерние моросящие вечера. Иногда нас накрывал туман под ЛСД, и мы неуклюже и робко старались добиться у него хоть какого-нибудь ответа. Сколько ни напиши, не исчерпать эти озера, заброшенные твоими единорогами и павлинами. Не высказаться окончательно да и не выцедить эмоций. Огрубелость рук, которые еще пытаются обустроить храм, настолько безнадежна, что хочется взять и отсечь. Разом. Чик — и за окно, где меня уже ждет птичка-дворняжка, которая попытается в последний раз поднести меня к твоим гладким смуглым ногам. Разве что в последний раз… Пока еще вертится мельница и мелет гулькины запасы сырья… Эй…

Мы возвращались домой. Шли к ней. До меня ехать не хотелось. Невнятными от алкоголя трястись в такси, от которого мутит желудок и голову. Смешение алкоголя и тряски невозможно, неактуально, это приторно-тошнотворно. Теплый ветер поднимал грязный запах весенней улицы, а мы переходили через железную дорогу, правда, заброшенную. Один из моих приятелей жил на набережной старого города, «в обнимку с пьянющими бородатыми капитанами и кораблиным железом» (как сам он говорил). Тогда и он был не лучше тех капитанов. Она тоже жила в старом центре, где селились в основном рабочие. Мы покинули  набережную и дорогу, не спеша пошли вдоль забора с граффити и классическими надписями дворовой действительности. Напротив одной из них  она зависла и, покачиваясь, стояла в ожидании моего вопроса.

–  Что такое, милая?

–  Ты только посмотри! – смеялась она. – Как можно? Разве так пишут? «Здесь был». Был – это значит, и не существовал вообще. Значит, умер. Никогда не понимала таких надписей. Если бы я и тратила свое время на такие каракули. То написала бы… Есть. Ведь надпись есть… И скорее всего останется даже после смерти. Был. Как это низко. Писать про человека «был» — низко…

–  Пусть я пьяна. Ну вот ты? Ты бы стал говорить про меня «была»?

–  Мне страшно представить, что может наступить момент, когда я скажу про тебя «была».

–  Вот и не говори. Чтобы ни случилось.

Она спадает мне на плечо и еще что-то бормочет…

… Страшно не представлять. Страшно ощутить… Ты только представляешь, а в это время, сзади, обухом, всей силой, всеми днями, чувствами, порывистыми дыханиями и проникающими взглядами пробивается «БЫЛА». А полномочий и возможностей на тоску попросту нет… И все это – лишь попытка оправдания; лишь лассо, пущенное под ноги быку-жизни, дабы, воспользовавшись моментом, сфотографировать усмиренное животное.

 

Гребаный дождь. Прекратишься ли ты? По жестяной крыше. Все равно, что лопается поп-корн в жаровне кастрюли. Завтрак подан, господа! Пейте, захлебываясь. Вы, нависшие сзади меня. Да! Засмейтесь. Что уж сдерживаться. Все раскрыто и передано суду. В кофемолке размололи слова и сварили отличный, крепкий, будоражащий мозги кофе! Вам на будущее. И никакого P.S. Разрыв. Точка.

 

Полный текст повести Евгения Сологуба можно прочитать в электронной библиотеке авторов на сайте НБ РК: http://avtor.karelia.ru/elbibl/sologub/perlamutr.pdf

  • Ну что, очень даже прилично написано. Про «был» вообще хорошо подмечено.

    Голосовать - -1 | +4 +
    student
    30.1.2013 в 18:37
  • Евгений, один отзыв — ничего не бойтесь. Я думаю, что вы интеллектуал. А то что вам тут не пишут — не печальтесь. Во всяком случае, я знаю, что вы читающий человек. И пишущий. А дальше — как получится.

    Голосовать - -1 | +5 +
    Р.Мустонен
    31.1.2013 в 17:33
  • С интересом прочитал. С доброй улыбкой. Пусть пока автору хочется быть интеллектуалом. Эта болезнь молодости постепено пройдет. Прозаик же существо не умное, но чувственное))) Тогда и стиль выправится, и многое другое исправится. Пока же поздравляю с неплохим дебютом. Даже открыл по ссылке всю повесть, но там сразу на пепелище сохранилась лишь одна бумажка. Дальше поэтому читать не стал. Но, если захочется дальше писать, толк может быть.

    Голосовать - 0 | 0 +
    Новиков
    6.2.2013 в 19:27

Для того, чтобы высказать свое мнение, регистрация не требуется.
Но, по желанию, вы можете зарегистрироваться или или войти на сайт
через свой профиль в социальных сетях:

  • Ваше имя *
  • E-mail
  • Сайт
  • Текст мнения *



Мы в соцсетях
Лучшие