Интернет-журнал Республика Карелия

Геном петрозаводской души

Кристина Корто 1 марта 2013
Голосовать -36 | +29 +

«Русский репортер» снова обратился к теме «русской души», опубликовав исследование современного русского культурного кода. По его результатам был составлен список из ста книг, формирующих ключевые черты «русскости». Журналист «Республики» решила, что это повод порассуждать об аналогичном геноме «петрозаводскости» и о школе, его формирующей. 

Возможно, генома «петрозаводской души» по аналоги с душой русской не существует вовсе, но я четко ощущаю, что петрозаводчан прописка связывает в последнюю очередь. По каким признакам мы отличаем своих от чужих, делимся на группы и подгруппы?  Что это за петрозаводский гормон, который самый чуткий нос может учуять среди «приезжих» запахов?

Как корни сегодняшней «русскости», по мнению «Русского репортера»», лежат в литературе, корни «петрозаводскости» моего поколения и окружения – детей семидесятых и восьмидесятых – лежат в Петрозаводске наших воспоминаний, в месте памяти, которого как такового не существует. Запахи уже перебиты новыми поколениями, выращивающими собственную память.

Тот, кто знает, как доехать до «Тетриса», гораздо меньше свой, чем тот, кто велит выйти на Урицкого, на перекрестке с Мерецкова, где был магазин «Телевизоры». Использование несуществующих топонимов – пример, лежащий на поверхности, не очень характерный для моего поколения: мы слишком быстро переучиваемся, но мы их понимаем. И чем специфичнее понятийная карта, тем сильнее не то притяжение, не то уважение среди тех, кто по ней ориентируется.

Свою «центровую петрозаводскость» я впервые ощутила в подростковом возрасте. Мы жили на перекрестке проспекта Ленина и улицы Андропова. Ядро моей детской вселенной ограничивалось межевыми столбиками «Северной» гостиницы, площади Ленина, зданием главпочтамта и пустырем с ларьком «Гамбург» под громадным тополем. Там сейчас построили торговый центр «Макси». Второй круг вселенной охватывал набережную, площадь Кирова и «ямку», Парк пионеров и вокзал, кинотеатр «Калевала» и Екатерининскую церковь, недавно сгоревшую. Подобная внутренняя, генетическая карта центра Петрозаводска с флажками в одних и тех же точках – одно из звеньев петрозаводского генома. Его легко выявить, пообщавшись некоторое время с коренным петрозаводчанином.

 «Семнарская харизма» и штопаные колготки

Правда, генетическая география, пусть и наполовину мифическая, охватывает огромное количество людей, среди которых много чужаков. А вот принадлежность в прошлом к некоторым из петрозаводских школ наложила отпечаток, который в течение долгого времени идентифицируется как метка «своего».

До сих пор расплываюсь в улыбке, узнав, что собеседник учился в семнадцатой школе Петрозаводска. И замечаю, что тут же пытаюсь определить, присутствует ли у человека «семнарская харизма». Если не нахожу – списываю на исключение из правил.

В провинции школа не смывается с нас, в отличие от жителей большого города, где школ сотни.

Центровые школы «метили» своих воспитанников: «семнарские» слыли баловнями, «иностранцами», элитой, хотя «семнарский» миф, как водится, реальности соответствовал мало: в нашей школе был облезлый скрипучий дощатый пол, в туалетах не было кабинок, только перегородки, и пахло традиционно; мы брали в библиотеке затертые учебники, подрисовывали персонажам с картинок усы; у девочек были штопаные колготки с резинкой, завязанной узлом под пупком; мы не жили по заграницам.

Но миф был сильнее, и репутация школы задирала нам нос тем выше, чем больше лет прошло с ее окончания. Потому причастность к «семнарю» или к «тридцахе», «Державе», Университетскому лицею и наверняка к любой другой школе является одним из ключевых генов в геноме «петрозаводскости». В провинции школа не смывается с нас, в отличие от жителей большого города, где школ сотни. Сказать где-нибудь в Москве, из какой ты школы, все равно, что прихвастнуть, что ты из третьего подъезда.

Местом памяти может стать любое явление, даже если его населяют единицы. В случае с петрозаводскими школами – десятки тысяч. Тут важно не количество, а некоторая абсурдность: люди группируются вокруг вещей, не имеющих, по сути, большого смысла, переставших существовать или выдуманных коллективным разумом.

«Семнарские», поиграем в «узнавалки»: пюре-зимний-салат-булочка-и-чай; серый холодный телефон с тугим диском и тяжелой трубкой; 66-й кабинет; клен перед входом первого сентября; курилка за Мемом; промоченные в речке ноги; колокольный звон в окна кабинета географии…

Предметы – только признаки мифического пространства, объединяющего «своих». По-настоящему в своих их превращают люди, в школе – ученики и учителя. И тут каждый «семнарский» накидает десяток имен, от которых другой «семнарский» вздрогнет или улыбнется, обнажив носительство общего гена.

Через людей осуществляется понятный и точно всем знакомый механизм кучкования, определения своего места в городской тусовке: этот учился с тем, тот из моей параллели, а этот на год старше. Я не знаю, как было в других школах, но мой «семнарь» своих знал всегда.

  • Я конечно дико извиняюсь, но это "Бред с.. к... ". Девочка знает много русских, а особенно не русских слов, но соединить их в удобоваримое предложение не получается. Быть переводчиком финского языка не значит быть писателем и публицистом. Возможно в голове филолога и складывается разумная речь, но вот на бумаге... К примеру. «Правда, генетическая география, пусть и наполовину мифическая». Простите, филолог оспаривает истинность науки генетики или данная фраза рассчитана на то, что её ни кто читать не будет? Или кроме автора в стране уже не осталось образованных людей?

    Напоминание автору. Фрейд, с его бредовыми и авантюристическими идеями и утверждениями уже был. А умным словцом ни к месту, уже ни кого не удивишь. Таких «образованных» сейчас более половины страны. Дети «Чубайса» — 1985 — 2000 г.р.

    «Каким смелым и самоуверенным становится тот, кто обретает убежденность, что его любят». З. Фрейд

    Голосовать - -9 | +15 +
    rubezg
    1.3.2013 в 09:15
    • Возможно, эта фраза «Правда, генетическая география, пусть и наполовину мифическая» осталась непонятой не только Вами, потому на всякий случай поясню ее для всех в ответном комментарии Вам.

      Под генетической географией я подразумеваю привычку людей ориентироваться не просто по адресам, а в принципе по любым объектам городского пространства: ларьки, подъезды, светофоры, рекламы, вывески и прочее. И привычка эта тем сильнее, чем лучше человек знаком с географией своего города, чем дольше прожил в нем. В родном городе эта привычка становится настолько сильной, что переходит на уровень физиологии, психологии и даже генетики, хотя такое определение скорее метафорическое, и призвано подчеркнуть силу привычки. А мифической я называю ее потому, что объекты, вокруг которых строится эта «внутренняя карта» со временем меняются и даже исчезают (как пустырь, где сейчас стоит Макси), а карта-привычка сохраняется, хотя местность, которая на ней зафиксирована, может не существовать, т.е. быть мифической.

      Голосовать - 0 | +4 +
      3.3.2013 в 14:58
      Автор поста
  • А я улыбнулась. Я жила на улице Гоголя...

    Для меня статья имеет право на существование. Ищу одноклассницу Олю Сазонову, у которой, наверно, давно другая фамилия. И классного руководителя Валерию Никольскую, тогда энергичную девушку))).

    Голосовать - -7 | +10 +
    Татьяна Драгныш
    1.3.2013 в 09:38
  • Да, Кристина, недавно поймала себя на слове, отправляя сына к кафе Юность.

    Вспомнилось еще, что мы успели застать «районки», и принадлежность ни к той или иной школе, а к районам: вокзальские, тринага, зарека, голиковка и т.п. «Войн» почти не застали (помню, только перипетии старшего брата и клички незнакомых мне людей, которые надо было называть в случае неприятностей), но принадлежность району знали.

    И еще воспоминание детства, когда на остановке «Сампо», втискиваясь в троллейбус услышала замечание пожилого человека в адрес молодого мужчины, только что кинувшего окурок под подножку: Не из Петрозаводска вы! мы — петрозаводчане, так не делаем!

    Голосовать - 0 | +22 +
    Петрозаводчанка
    1.3.2013 в 09:46
  • Да-да, Кристинка, это так. Вот муж мой Лео Севец про многих людей говорил сквозь призму семнары. Люди либо учились с ним в параллелях, либо старше, либо младше — и про каждого свой анекдот был. Потом в 17-й училась Ларин Севец — и тоже были мифы. Это хороший стержень, вокруг которого потом накручивается судьба человека. Думаю, элитности и избранности 17-й придавали языки и центровость, потому что 40-я, в которой я успела поучиться два года, была гораздо круче, новее и учителя в ней были сильные в 80-х. Но она была на окраине города. И флера у нее было поменьше.

    Я только вчера наблюдала за дедулей, робко переходившим улицу и подумала: ведь лет 40 назад он был модным или важным или влиятельным, тусовался, принимал решения и считал город своим, а теперь прячет голову в плечи, робко передвигается, взгляд потух. Считает ли он Петрик своим городом? И мне так захотелось, чтоб считал...Чтоб адаптировался под новое время и считал. Иначе, зачем нам хранить все эти фражки и маркеры, о которых пишет Кристинка.

    Ты молодец, очень здорово написала

    Голосовать - -6 | +16 +
    Наталья Ермолина
    1.3.2013 в 11:37
  • Я росла в военном доме на перекрестке Гоголя и Анохина, училась в «десятке»... Светская жизнь «десятников» моего времени крутилась вокруг кафе «Пингвин» (пломбир с клюквенным сиропом — 34 коп., молочный коктейль — 12 коп.) и кафетерия «гастронома на Анохина» (пломбир — 19 коп., березовый сок — 11 коп.). Столовая военторга была как бы самым фешенебельным рестораном, там тусовались очень богатые, респектабельные дети... Места боевой славы «десятников» — речка Лососинка (ребенок, начинающий по колено мочить ноги задолго до наступления календарной весны, считался крутым) и строящаяся девятиэтажка за железной дорогой (авторитет ребенка, хоть раз постоявшего на ее крыше, был охренительным)... Около речки Лососинки стоял цыганский дом. Это была как бы заграница, поскольку в советское время цыгане считались иностранцами, у них был другой язык и абсолютно другой мир. Многие «десятники» дружили с цыганскими детьми. Я, например, до сих пор помню цыганский счет до десяти: одноры, дворы, трыче, лыче, падэ, ладэ, кукэл, дыче, дэвэр, дэс... В последний день учебного года и маленькие, и большие «десятники» ходили жечь костры в район телецентра, жарили черный хлеб.

    Голосовать - 0 | +25 +
    Света
    1.3.2013 в 13:42
  • интересно, но как-то незаконченно и субъективно..

    Для меня вот, например, своим городом Петрозаводск делают и рассказы родителей о том, что было тут или там во время их детства, и воспоминания бабушек о том, что было во время и после войны в городе.

    А что самое главное, как часто замечает мой муж-мурманчанин, у нас в городе реально «все друг друга знают» :) начальник когда-то учился в университете с моим папой на параллельных курсах, соседка-старушка — лучшая подруга бабушки моей новой знакомой, и т.п.

    Про многих людей можно рассказать множество историй: ну, вот этот Вася — ты его не знаешь, но он когда-то работал с Димой вместе, а его бывшая жена Маша училась в одном классе с Олей, а его мама... и вот уже Вася как бы и знакомый :) Огромная куча ниточек связывает людей.

    Я несколько лет назад уехала из Петрозаводска, но не покидает ощущение, что это родной город и там всегда можно будет «укрыться» в случае жизненных невзгод. Ведь там живет столько людей, которые может быть и не знают меня, но знают мою бабушку, маму, одноклассника, подругу... вот это нас и связывает, как мне кажется :)

    Голосовать - 0 | +15 +
    Катя
    1.3.2013 в 15:11
  • Когда я жила в военном доме на Гоголя рядом с Домом офицеров, у нас не было «ещё» светской жизни. (Хотя и телевизор уже был, и кино ежедневно показывали прямо около дома).

    Мы ходили на открытый каток в Парке около Тракторного завода прямо в коньках. Фигурных тогда в продаже не было. В этом парке росли карельские берёзы, не знаю, есть ли они теперь. Но потом я таких никогда не видела. У меня полно уникальных для меня фотографий, некоторые из них можно назвать историческими. Та общность, которая сложилась связана с абсолютной безопасностью детей. Никто и никогда не провожал детей в школу. Там, где я живу, сейчас это просто нереально.

    Несмотря на то, что мы жили в нормально по любым временам, тем не менее классового расслоения не было — и мы приглашали к себе друзей, и сами к ним ходили. Книги были у всех.

    Голосовать - -2 | +10 +
    Татьяна Драгныш
    1.3.2013 в 18:55
    • Ничего, если я ещё допишу? Смотрю, общность складывается тогда, когда есть совместные интересы. Духовные интересы тогда преобладали. У меня были изумительные родители. они никогда не ссорились, не произнесли за всю жизнь ни одного бранного слова.

      Жили не для себя, а для других. После Карелии мы много, где были, но всегда принимали людей из Петрозаводска, как родных.

      Гостеприимство — это девиз нашего дома и теперь.

      А как у вас сейчас принимают соотечественников?

      Голосовать - -3 | +5 +
      Татьяна Драгныш
      2.3.2013 в 19:00
      • Да, духовные интересы преобладали, но слов «духовность», «долг» мы не знали. Нас никто, к примеру, не заставлял ходить на отчетные концерты хора ветеранов из Дома офицеров. Эти походы не планировались взрослыми в рамках каких-то там мероприятий по патриотическому воспитанию. Мы сами бегали на эти концерты. Потому что артисты были седыми. Нам казалось, что до следующей весны, до следующего отчетного концерта кто-то из них не доживет. И на том свете будет обижаться на нас за то, что мы не поддержали, не поапплодировали, не повосхищались его талантом на его последнем концерте. Как-то вот так рассуждали...

        Голосовать - -1 | +7 +
        Света
        3.3.2013 в 14:59
  • «Телевизоры» на Мерецкова — это ж бывший «Детский Мир»! Нынешний «Гостиный двор» ремонтировали, ДМ перевели на Мерецкова, а потом быстренько — обратно. А я и не знала. Обращаюсь к прохожей: "Вы не подскажете, как пройти к «Детскому миру»? « — „Это к почтамту, через Онегзаводскую ямку“ -»Ямка? А что это? " 1982 год :) "Вы, наверное, приезжая? " Она ведь меня, как в деревне, обо всем расспросила: зачем я приехала, откуда да как живу (в талонное время).

    Теперь мне нравится сказать гостям города «Ямка, Зарека, Малая земля».

    Голосовать - 0 | +5 +
    Из понаехавших
    3.3.2013 в 03:26
  • Статья очень хорошая и очень точная.

    Тем более, что я сам учился в семнадцатой школе. И теперь, по жизни, когда требуется помощь или содействие от какого-нибудь человека и он учился в семнадцатой школе, узнав, что я тоже семнарик, он сделает мне в два раза больше, чем другому. Пусть даже в школе мы не пересекались, все равно это мистическое братство.

    Голосовать - -2 | +9 +
    Дмитрий Вересов
    3.3.2013 в 05:20
  • Благодарю читателей за интересные комментарии, наблюдения и опыты.

    Голосовать - 0 | +5 +
    3.3.2013 в 14:48
    Автор поста
  • Большая часть комментариев подтверждает тот факт, что читатель предпочитает видеть в тексте не обозначающее, а обозначаемое. Люди пишут о своём детстве и девстве, потому что они именно это увидели, на это откликнулись, и совершенно справедливо поступают. «Геном души» мало представляет для них интереса... и смысла: кое-кто даже увидел в этом понятии некий аналог «школьного галстука», только без присущего последнему налёта пежоративности (быть может, неактуального в наши дни)...

    Если порассуждать о Петрозаводске (и любом другом месте) «приватном», «мистическом», «вечном», то следует поместить отправную точку такого рассуждения не на план местности, а на шкалу времени. По мере роста, человек формирует и оставляет в различных географических координатах свои «духовные тела». Что это такое? Это лишь отчасти сам человек. Поскольку развитие наше не в вакууме происходит, то и духовное тело каждого есть на 90 % та вода, в которой плавает и нагуливает массу его взрослеющая (стареющая) золотая рыбка. Это всего лишь образ реальности, прожитой и пережитой... Возвращаясь, физически или идеально, на места бытования своих духовных тел, человек замечает, что они всё те же, несмотря на перемены ландшафта (по-видимому, так милый многим «семнарь» сегодня уж не тот, что был в 70-е?), но что сам он другой. Вернувшись домой, Кай и Герда вынуждены нагнуться, входя в дверь, и только тогда понимают, что они стали взрослыми. Это столкновение прежнего и нынешнего, субъективного и объективного, идеального и чувственного и придаёт «наизусть затверженным прогулкам» их «солёный привкус» (Анна Ахматова), а человеку напоминает о существовании той системы координат (вечной, с точки зрения данного человека), которая позволит ему в любое время и при любых обстоятельствах оставаться самим собой.

    Голосовать - -3 | +11 +
    Андрей Тюков
    3.3.2013 в 20:03
  • попасть в фмс ? вопрос для меня светел

    садись на однерку сойдешь на луне ответил

    во взгляде таджика сочуствие приметил

    Голосовать - 0 | +2 +
    выходец
    4.3.2013 в 03:09
    • Талантливая журналистка увидела главное — мы хотим общности, а не разделения по различным признакам, которые я не буду здесь перечислять. Народ достаточно тонкий. Это глубокая философская тема, хотя статья написана живо и легко. Недаром в откликах я увидела крупных личностей, которые демонстрируют своими

      текстами творческую мощь.

      Голосовать - -4 | +4 +
      Татьяна Драгныш
      4.3.2013 в 10:34
  • «Мистика» 17 школы(«английской», так нашу школу называли) существует.Проверено не раз.Статья понравилась.

    Голосовать - -2 | +6 +
    Наталья М.
    4.3.2013 в 12:48

Для того, чтобы высказать свое мнение, регистрация не требуется.
Но, по желанию, вы можете зарегистрироваться или или войти на сайт
через свой профиль в социальных сетях:

  • Ваше имя *
  • E-mail
  • Сайт
  • Текст мнения *



Мы в соцсетях
Лучшие