Хранить нельзя показывать

Дмитрий Бобров 29 Январь 2013
Хранить нельзя показывать

С детства мне внушали, что культурный человек не только должен знать произведения искусства, но и помнить, в каких музеях они экспонируются. И постоянно при любой возможности возили и водили по музеям. Повзрослев, по инерции продолжил делать это самостоятельно и понял, что понятия «должен» и «хочу» в искусстве для меня крайне редко совпадают.

Я обожаю Рим, Новгород, Париж, Псков, Стокгольм, Михайловское, Кипр и Кижи. Это города-музеи и памятные места, само пребывание в которых доставляет удовольствие. Я знаю, что мне не нравятся Третьяковка, Эрмитаж и Лувр. Там гигантские коллекции, осмотреть и постичь которые невозможно. Толпы и цейтнот не позволяют полюбоваться с разных ракурсов и посмаковать. Нельзя побыть «наедине с прекрасным». Негде даже присесть, чтобы успокоить эмоции, дать отдых гудящим от напряжения ногам и слезящимся глазам.

У любознательного туриста свои задачи, у музейного работника, как правило, — ровно противоположные. 

Да Винчи

Я знал, что «Мона Лиза» находится в Лувре, и я видел, что она там. Но я не видел картину. Её невозможно увидеть через пятиметровую толпу японских туристов с фотовидеокамерами, спрятанную за толстенным бликующим бронестеклом.

В римском музее Леонардо да Винчи я потрогал и попробовал в действии новоделы и макеты, сделанные по его чертежам. Во французском замке, где он провёл последние годы жизни, я посидел за его рабочим столом, погулял по саду, который он спроектировал, и снова поиграл с макетами. Домой привёз альбом с репродукциями его полотен. Где мне понравилось больше? Где я лучше узнал творчество и наследие великого Леонардо?

Города на воде

Впервые Венецию я посетил, находясь в итальянском городе Римини. Заодно там же, не выезжая, объехал всю Европу — «Италия в миниатюре», где собраны макеты всех европейских достопримечательностей. Они и сами по себе произведения искусства, поскольку каждый макет собирается из настоящих, сходных с оригиналом элементов, но в пропорции. То есть мини-кирпичики образуют стены, на кровлях выложена микрочерепица и т.д. Каждый такой макет создаётся бригадой из 5-6 человек примерно полгода. Там можно даже подняться на Монблан. Правда, не пешком, а в вагончике монорельсовой дороги. И, конечно, итальянцы не могли не сделать Венецию. Садишься в самодвижущуюся лодку и плывёшь по каналу. Вокруг – фанерная трёхмерная расписная Венеция. В пропорции, но в строгом соответствии с оригиналом.

Потом второе посещение Венеции. Долго, дорого и неудобно добираться. Толкотня, суета, дороговизна. Трусы на верёвке через канал и жуткий смрад из него. На улицах на голову валится штукатурка, на площади Сан-Марко на шляпу гадят голуби. Ещё повезло, что наводнения не было.

Местные жители — они же как местные музейные хранители, улыбаются в лавках, впаривая за три цены сувениры. И с ненавистью глядят на тесных тротуарах, будто я лично своим весом погружаю их недвижимость в морскую пучину.

Деревянные корабли

«Фрам», на котором ходили три экспедиции к Северному и Южному полюсам, стоит под колпаком в Осло. Но по кораблю и внутри можно «ходить, смотреть и трогать». Неподалёку «Кон-Тики» и «Ра».

Вокруг утонувшего в 1628 году «Васа» в Стокгольме открыт музей. Его строили специально под экспозицию корабля. Единственный в мире парусный корабль XVII века можно осмотреть со всех сторон на всех палубах. В музее есть кинозал, где можно посмотреть фильм об истории корабля, гид покажет и расскажет внутри. И опять же там можно «ходить и трогать». Что и делает по полтора миллиона любознательных в год.

Современные Кижи

Очевидно, что остров для нас – как Кремль для москвича. Только житель Северного Бутово теоретически может до Кремля доехать на метро. А мы до Кижей — никак. Хотя расстояние примерно равное.

Для кого собираются и сохраняются памятники «Кижского ожерелья»? Кто увидит «Пудожский сектор» и «Трёх святителей»? Неужели сохранение — это самоцель?

За один день на острове и в его окрестностях невозможно всё даже осмотреть. Не говоря о том, чтобы понять и проникнуться. Да и у кого он есть, хотя бы день? Несколько часов, в лучшем случае. А цена вопроса? Что теплоходный круиз, что семейный билет на «Комету» «туда-обратно» — цены одного порядка. Заоблачного. И, кроме основной экспозиции, ничего и не покажут. Причалов нет, швартовка запрещена. Само собой, «по газонам не ходить», «руками не трогать». С отдыхом, едой, туалетом – проблема. С дождями, туманами, штормами – беда.

У любознательного туриста свои задачи, у музейного работника, как правило, — ровно противоположные.

Лично я как турист-потребитель при выборе места посещения руководствуюсь многими факторами. Как сугубо материальными и прагматичными, так и не очень.

Сопричастность, интерактивность – вот что меня привлекает в городах и музеях. Псков невозможно забыть после участия в археологических раскопках. На вулкане Тейде я в лоскуты порезал подошвы кроссовок. У пирамид Гизы и в Иерусалиме рисковал получить тепловой удар. Но оно того стоило, потому что на них «пыль веков». В Венецию и Амстердам больше не поеду, потому что дорого, плохо пахнет и лично меня как туриста там не любят. На Кипре пускали всюду и практически даром, потому что я русский. В Лондон не собираюсь. Потому что там, наоборот, очень любят Березовского, Закаева и Бородатова, а я визу замучаюсь получать.

Музейщики тоже везде разные

Говорят, что к Колизею по ночам привозят несколько грузовиков строительного щебня — чтобы туристам было что с утра «растащить на сувениры». Его таким образом берегут и защищают. Но тем не менее его реконструируют для проведения театрализованных представлений и концертов.

Ну и, конечно, определяющим является личное отношение хранителей музеев как к посетителям, так и к вверенным объектам. В Кижи и Михайловское невозможно было не влюбиться. Прямо на первом свидании. Во время экскурсий, которые лично проводили Геннадий Бурканов и Семён Гейченко.

Но одно дело рассуждать о проблемах Колизея. И совсем другое – о перспективах Кижей.

Тут я не столько опытный турист-потребитель, сколько наследник-хранитель и радушно-гостеприимный хозяин. Местный житель, в конце концов.

Полагаю, что если Иван Романов имеет «свою личную концепцию», то и любой житель Карелии может что-то сказать по этому поводу. Лично мне кажется, что только сохранение памятников не может быть самоцелью музея. Показывать необходимо.

А вот как, когда и кому их показывать – тут надо посоветоваться. Ведь понятно, что кто хочет вдохнуть «пыль веков», тот доберётся туда через все кордоны и за любые деньги. А кому-то и новодела на Ивановском острове будет достаточно или макета в пойме Лососинки.

Для меня очевидны две вещи. Сохранять в XXI веке исторические памятники XVIII века и уникальные ландшафты необходимо. Демонстрировать их способом, придуманным в веке XIX, невозможно.

Фото: grandwallpapers.net