Когда ты помрешь, хомо советикус?

— Вот я в советские годы, у! Вот я в советские годы, а!!!

Два неведомых персонажа из «Масяни», едущие в купе и вспоминающие лучшие времена в СССР, отлично иллюстрируют настроения целого народа после развала Союза.

Ностальгировать можно по всему, что было. Ведь у каждого бывшего советского человека было счастливое пионерское детство в сытом лагере, бурная стройотрядовская юность, распределение, квартира молодому специалисту, стенка, хрусталь, путевка в Болгарию. Рай, да и только. Счастливая парадигма, в которую не вписывались только тунеядцы и разные инакомыслящие элементы, приспешники Запада.

Союза нет, а мы все те же. Вечеринки 80-х, хорошо продаваемая символика СССР – это ли не тоска по всему готовому и навязанному, когда не надо думать, страна за тебя давно подумала.

Все эти общие фразы – всего лишь прелюдия к лекции профессора МГУ Андрея Зубова, которую мне посчастливилось прослушать в рамках федерального класса Московской школы политических исследований, где я сейчас учусь. Мысли настолько новы для меня и необходимы для общества, что я не могу не поделиться со своей аудиторией. Целиком видеотрансляцию можно увидеть на сайте МШПИ.

Video streaming by Ustream

А я попытаюсь тезисно пересказать то, о чем говорил известный историк и религиовед.

"… мы ставим в вершину угла человека, считаем, что высшей ценностью общества является судьба человека: его благополучие, свобода, внутреннее достоинство. Когда человека вынуждают не добровольно, ради коллективизации, ради геополитического расширения отдавать свою жизнь, силы, благополучие, свободу и т. д., это всегда историческая неудача. История определяется не тем, насколько сильно или велико государство, а насколько счастлив, свободен и благополучен человек.

Мы исходили из принципа, что высшей ценностью человека является свобода воли. И там, где она не может реализовываться свободно, государство терпит фиаско. Не человек для государства, а наоборот — это первый наш девиз. И он исторически обоснован — ведь человек появился значительно раньше государства и создавал государство ради своих целей. Теперь второй принцип, и здесь мы уже даем некоторую оценку. Исходя из первого принципа, государство, созданное большевиками, было по своей природе бесчеловечным — оно ставило общее как главное, а человека — как второстепенное и служебное по отношению к общему.

Андрей Борисович Зубов, предисловие к двухтомнику «История России. XX век»

Андрей Борисович назвал свою лекцию «История России. ХХ век. 20 лет без СССР». И начал с цитаты Солженицына о том, что Союз рухнул, а мы не хотим выбираться из-под обломков. Мы скучаем по квазисоветскому распределению благ. Советское время в туманной дымке кажется романтичным, люди – добрыми и неиспорченными. Но хорошие люди были всегда. А коммунизм, по мнению профессора, уничтожил русское общество целиком, нанеся вред своему народу больше, чем нацизм и фашизм всему миру.

Откуда такая резкая и непатриотичная, казалось бы, мысль. Но она подтверждается глубоким анализом. Самое страшное, что сделали большевики после революции, – это уничтожили социальную ткань общества. Стерты были целые сословия: земство, офицеры, клирики церкви. Общество распалось. Режим изменил природу человека. Нацизм и фашизм не уничтожили общество целиком, у них оставались аристократия, офицеры. Большевики уничтожили весь народ, разрушив мощные связи внутри сословий, натравив людей против друг друга.

И на начало войны у нас в стране уже было совсем другое общество. Каков же он, наш хомо советикус? Главные его признаки: безразличие к обществу, в котором живешь, неумение самоорганизоваться, надежда на правителя, забвение собственного статуса, потеря ощущения внутреннего достоинства и того, что каждый человек богоподобен, что он не холуй и не слуга никому.

По мнению профессора Зубова, сейчас у нас больше советского, чем в 1993 году, потому что за все это время попытка построить нового человека не предпринималась никем.

Вертикаль власти – это типичный рычаг управления несмышленым народом. Никто не хочет слышать правду, все врут, вместо СМИ - пропаганда. Вместо свободного рынка – паек. Паек выдает вождь. А вождь выдает паек, когда захочет, и только такой, чтоб народ не выступал. И он не выступает.

А то, что профессор систематизировал в подпункты – отсутствие гражданской самоорганизации, взаимопомощи, солидарности, доверия друг к другу, все это можно охарактеризовать одной фразой: всем все по фиг!

Если бы люди владели собственностью, это бы их объединяло. Но собственность - в руках вождей. И та – на птичьих правах, в условном владении. Такая собственность не объединяет, а разъединяет общество.

Что же делать? Знать историю, советует Андрей Борисович. История – это не то, чем надо гордиться или чего надо стыдиться. Это наш опыт. Мы должны признать, что были неправы. Исправить по возможности что-то, а не кричать с казачьими шашками: мы русские, сейчас всем надерем зад.

— Меня восхитило, что в Болгарии простые крестьяне знали историю своей страны со времен царя Бориса. Или вот в СССР все сожгли старые фотографии, чтобы никто не догадался о благородном прошлом. А народная любимица Любовь Орлова сохранила портрет своего отца, вырезав только голову, чтобы не видно было мундира, чтобы скрыть, что он был царским генералом. У нас есть демократичное прошлое, его мы и должны вспомнить, тогда и начнет разлагаться хомо советикус.

Есть ли надежда?

— Я возлагаю большие надежды на молодежь, которая уже менее советская, чем ее родители, она стала беспризорником государства. И я ей говорю: «Не отдавайся в добровольное рабство. Оно кровью далось».

— Один из первых признаков оздоровления — восстановление веры. И тут приятно наблюдать, что молодежь увлекается религией более серьезно, чем старшее поколение. Есть очень много примеров, когда дети, чудом уверовав, приводят в храмы родителей.

— Второе – это эмиграция. Я не вижу ничего плохого в том, что 1 250 000 россиян получили западное гражданство, 10 миллионов уехали. Если человек уезжает и видит, как построена модель грамотного гражданского общества, он привносит в свою жизнь иной опыт. Как масса людей из арабских стран, которые уехали учиться в цивилизованные страны и научились жить достойно. Они возвращаются домой и меняют жизнь. Уезжать – это позитивно для развития политпроцессов.

— Третье. Если говорить о расслоении общества, то оно делится не только на богатых и бедных. Оно еще делится на две субкультуры: интернетную и телевизионную. ТВ-аудитория – это люди из прошлого, как правило, старше 35 лет. Они зомбированы и не гибки, они слушают вождя и покоряются ему. А интернет-аудитория – это свободомыслящая часть общества, с ее помощью можно двигаться к быстрейшему разложению хомо советикуса.

Надежда есть, уверен Зубов, осталось только снести все памятники Ленину в каждом российском городе, а установить памятники достойным людям, незаслуженно забытым.