Интернет-журнал Республика Карелия

Любовь красной нитью

Голосовать -3 | +73 +
Любовь красной нитью

Людвиг Давидян – настоящий бакинец и неподдельный петрозаводчанин. Он – один из авторов мемориала «Братская могила и Могила Неизвестного солдата», автор скульптуры «Юность» в парке у озера, галереи Героев Советского Союза, памятного знака узникам, памятников  Калинину, Жукову, Зайцеву. Композитор Глазунов во дворе консерватории – тоже его. 

Людвигу Карапетовичу 77 лет. Он не может спокойно разговаривать – переживает, что его ждут рабочие, а он сидит в кафе со мной. Он очень деятелен.  Говорит, что всегда был таким – не мог сидеть без дела. С самого детства такой.

Я с детства знал, что стану скульптором.  Первым человеком, который научил меня рисовать, лепить, видеть глину,  была Анна Ивановна Казарцева. Она была коренной петербурженкой, умной, тонкой, очень образованной. В первую волну эмиграции вместе с мужем – белым офицером – добирались до Турции. В Баку муж умер, и она так и осталась в этом городе. У нее была одна дочка – больше никого.  Анна Ивановна преподавала во Дворце пионеров имени Гагарина. Это было знаменитое заведение – выпустило много известных шахматистов, писателей, художников. Бурганов, Шульц… перечислять можно долго.  Во Дворце пионеров мы ходили не в кружок – это была настоящая семья. Так она нас воспитала. Воспитанники Анны Ивановны, все как один, мечтали продолжать обучение в Москве. Она очень хорошо готовила нас к этому шагу.

Я учился в армянской школе. Тогда в Баку было около 40 % армян. У нас было два армянских театра, 10 школ… Представьте себе! Общедоступным языком был русский. По сравнению с Грузией и Арменией Азербайджан был очень лоялен к русскому языку. Я считаю себя настоящим бакинцем. И никогда себя по-другому не позволю называть.

До 18 лет я прожил в Баку. Поступил там в училище после 7-го класса. Меня взяли вольнослушателем, потому что азербайджанский был для меня не родным, а преподавание шло именно на этом языке. Параллельно я учился в армянской вечерней школе.

Часть своего детства я провел на Карабахе. У меня мама из Нагорного Карабаха.  Отец встретил ее в одном из селений. Она была из бедной семьи, последний ребенок. Они поженились, когда ей было 15. В 16 лет она родила меня. Мой отец был  фотографом, сам делал камеры – такие большие ящики – и ходил по селам и аулам, делал снимки.  За фотографию ему давали кто лошадь, кто корову – денег у людей не было. Отец был персидским подданным – паспорта советского не имел. Из-за этого его депортировали в 1938 году в Иран. Ему сказали: «Или паспорт делай, или уезжай». Я не знаю, почему мама не поехала с ним. Может быть, побоялась ослушаться старшего брата? У нас авторитет старшего мужчины был непререкаемым. Когда мне было 12 лет, мама вышла замуж и уехала жить в Грозный. А я остался в Баку, потому что в Грозном не было армянских школ. И там не было Анны Ивановны, моего дружка.

Я был вольным. В Баку оставались родственники, которые меня подкармливали: дядя двоюродный, родители отчима. Вырос на птичьих правах. В 13 лет я уже был взрослым, начал зарабатывать деньги. Во Дворце пионеров меня устроили в кочегарку, смотрел по ночам за приборами. Времени свободного было много, поэтому я много читал и рисовал. Так сказать, для себя. Днем ходил на учебу. А что делать?

Отец уехал, когда мне было около двух лет, а сестре – год.  Долгое время его судьба была неизвестна – шла война. Потом я нашел его семью в Тегеране, познакомился со своими братьями и сестрами, сходил к отцу на могилу.

В 1958 году приехал в Москву и сдал документы в Академию художеств. После окончания школы и училища я был неплохо подготовлен к тому, чтобы идти дальше. В академии не набрал баллов. Собрался в Ленинград. Когда  приехал в «Мухинку», то сразу не стал поступать на основной факультет. У меня был расчет. Я все время должен был кормить себя. Я поступил на подготовительное отделение, которое позволяло совмещать учебу с работой. Начал работать в скульптурно-реставрационных мастерских. Основной материал Питера – гипс, он быстро разрушается, поэтому работы было много. Потом поступил на основное скульптурное отделение в училище имени Мухиной. Получается, что в его стенах я провел 8 или 9 лет.

Почему я не вернулся в Баку? Вы не знаете историю. Вы, наверное, никогда не слышали про трагедию Сумгаита. Сумгаит – один из районов Баку. Там вырезали всех армян поголовно. Все оттуда убежали. Сейчас  в Баку практически  нет армян. Еще до той трагедии я один раз побывал в Баку – азербайджанцы хотели меня поздравить со вступлением в Союз художников. Оттуда я привез машину – первую свою «москвичку».

У меня была любовь. Я полюбил девушку из питерской еврейской семьи. Мы познакомились случайно. Я играл в нашем оркестре, помогал барабанить. Однажды меня позвали поиграть на вечере встречи выпускников школы, которая находилась напротив училища. Я увидел там девушку необычную, проводил ее. Мы стали дружить. Она училась в консерватории, была музыкантом. Мы с ней ходили на все концерты. Помню, как в Питере выступал Ван Клиберн.

Еще я хорошо умел шить. Джинсы купить было невозможно, поэтому я сам шил ребятам джинсы. Бесплатно. У нас и машинка была. Джинсы мы шили из плащ-палатки. Её нужно было долго стирать, потом мять, долбить, чтобы материал был мягче. Шить я научился сам.  Посмотрел, распорол одни штаны, сделал лекало, начал шить. Потом шил костюмы и даже платья для жены. Я все умею делать. У нас такие руки.

В Петрозаводск я приехал за женой. Её направили работать в филармонию. В Петрозаводске жил мой однокурсник и товарищ по общежитию Эдуард Акулов. У него была мастерская, и мы начали вместе работать. Выиграли первый конкурс – мемориал Неизвестного солдата. Вчетвером – я, Акулов, Воскресенский и Андреев. Делали все в мастерской у Акулова.  Но от нашей идеи ничего не осталось, ну ладно… Я участвовал во всех конкурсах. Потом я начал искать пристанище. Я холерик, а Акулов — наоборот. Он ночью любил работать, а я – с утра. Бывшая котельная на Ленина, 15 стала моей мастерской.

Вы смотрели мою «юную девочку» в парке? Это была первая скульптура. Впервые бронзу отлили в Петрозаводске. Вы не представляете, что такое отливать! Я отравлялся три раза, пока травил ее. Она была на всесоюзной выставке в Москве. Стояла рядом с «Андреем Рублевым» Олега Комова.  Я бы ее сейчас по-другому сделал. Ну так она красиво смотрится... Место красивое. Потом мне предлагали ее перенести, потому что она стоит на камне, который как будто  благословлял Петр Первый. Откуда я мог об этом знать? Я увидел этот камень, он был весь во мху, я его очистил. Камень как камень.

В момент перестройки я уничтожил 80 своих работ. Разломал и выкинул на помойку. Был такой психологический эффект. Я не знал, что буду делать дальше. Это не только мое было горе. Реформировался Союз художников. Нас обманули, украли все наши деньги, которые мы зарабатывали через свою профессию. Я разочаровался, когда не прошел очень интересный проект, который мы делали с Воскресенским. Дайте мне ваш блокнот. Вот сюда я ставил три камня, делал такое каре и потом в центр ставил девочку, играющую на скрипке. Я ее сломал тоже. Она поднимала скрипку, и оттуда летели птицы. Я соединял Ленина с парком, где сейчас стоит Державин. Мы открывали вход, чтобы люди пешком могли пройти по всему центру. Потом был второй конкурс. Я делал в парке маленький водоем, чтобы дети играли. И сюда ставил скрипачку. Чтобы музыка была и оживали камни. Проект зарубили, это была первая моя неудача для меня. Я сильно реагировал.

Представляете, что это такое, родить в 73 года ребенка? Моя любовь, моя жена Анна – очень мужественный человек. Она не побоялась родить мне дочку. Какая еще женщина на это бы решилась? Я очень благодарен ей за все, что она для меня сделала и делает. В свое время она фактически дала мне вторую жизнь. Её безграничная доброта (имя Анна и обозначает благодать) помогла мне пережить состояние, в котором я был после ухода моей жены. Это словами трудно описать. Сейчас все самое важное и прекрасное в моей жизни связано с ней и с дочкой, которую мы назвали Сарой.

Сейчас у нас в стране  никому не нужна культура. Только бизнес развивают. Я не думаю, что эти традиции правителей правильные. У искусства нет будущего.

Так жалею! Очень хотел сделать портрет Георгия Ервандовича Терацуянца, но он два раза срывал мои планы, все откладывал. Я не люблю делать портреты с фотографии. Там нет жизни. А с натуры – совсем другое. Ты можешь криво сделать, не так нос, но человек живой, дышит. А когда все выверено, все по схеме и грамотно – скучно. Прекрасный человек был Терацуянц, наивный, добрый…

Армения всегда в моей душе. Соединить армянское и русское, северное, я попытался в памятном знаке Хачкар, который установлен в парке у собора Александра Невского. Армянский крест в русском окне. По-моему, символично.

 

 

  • спасибо, Анечка

    Голосовать - 0 | 0 +
    М Г
    19.3.2012 в 09:31
  • Спасибо за интересный текст, впервые прочитала интервью с Людвигом Карапетовичем.

    Очень приятно было увидеть строки и про Георгия Ервандовича...

    Может, Людвиг Карапетович сделал бы его портрет с видео? Оно, конечно, не заменит живого человека, но это все же не фотография?...

    Голосовать - 0 | 0 +
    Карелочка
    19.3.2012 в 11:09
  • Хороший дядька :)

    Как рано раньше дети взрослели ... мама уехала, он решил остаться, решил работать, решил в Москву, сейчас в основном родителя деток лет до 20, за ручку водят ....

    А вообще Давидяну надо мемуары написать — азербайджанский армянин уже интригует :)

    Голосовать - 0 | 0 +
    Ёж
    19.3.2012 в 12:40
  • Врете, Людвиг Карапетович! Сумгаит никогда не был пригородом Баку, это отдельный город. В Сумгаите не резали поголовно армян, опять ложь. В ходе событий в этом городе в феврале 1988 года погибли 26 армян и 6 азербайджанцев. А армян в Баку нет потому, что армяне затеяли сепаратистско-экстремисткое движение в Нагорном Карабахе. Вот про это нужно было говорить, Людвиг-джан...

    Голосовать - 0 | 0 +
    Акоп из окопа
    19.3.2012 в 12:58
    • Про Сумгаит не такая уже великая неточность, 25 км. от Баку это уже почти район) А кто там, в чем, больше виноват уже 25 лет обсуждают и еще столько же обсуждать будут и уж точно это не тема этого интервью.

      Голосовать - 0 | 0 +
      академик
      19.3.2012 в 13:47
    • самы всё врёте, мы видели то, что называется резня, и не надо придумать про 26-и, там были семьи...

      Голосовать - 0 | 0 +
      АННА
      25.3.2012 в 13:05
  • Людвиг!

    Классно выглядишь!!!

    Всем привет.

    Голосовать - 0 | 0 +
    Надя
    20.3.2012 в 02:51
  • Я помню читал еще тогда (распространяли «втемную», самиздатом) по следам событий. Сумгаита не помню, может и был, но речь шла о Баку. Волосы вставали дыбом, дикая восточная резня, как в Турции.

    А Сенькин напротив Закс не давидяновский? Или это Ланкинен?

    Голосовать - 0 | 0 +
    Тутошний
    20.3.2012 в 03:24
  • Сенькин тоже Давидяна, конечно!

    Голосовать - 0 | 0 +
    20.3.2012 в 09:49
    Автор поста
  • Георгий Ервандович не считал себя армянином. Арменией вообще не интересовался и не рвался на историческую родину нисколько. Однажды я привезла ему из старого армянского монастыря в Крыму книжку с нотами и текстами армянских древних песнопений, он вообще не обрадовался. Сам считал себя коренным ленинградцем. И только так. Людвиг Карапетович совсем иначе относится к корням — это и понятно)) Очень приятно его слушать, когда он детство вспоминает...)))

    Голосовать - 0 | +1 +
    20.3.2012 в 13:13
    Автор поста
  • Людвиг Давидян очень немногословный человек, он человек не столько слова, сколько дела, рабочий, одним словом, человек-и это самое главное в нем. И еще он очень здорово поет, нежные такие армянские песни, слушая которые, не замечаешь, как вдруг по щекам тихо бегут слезы, как вода с гор...Он в чем-то смешной и наивный как ребенок, хотя и взрослый вполне уже)-77 лет не шутка все-таки!. Он любит всех своих дочек, у него их ТРИ! Но он не «бракодел», а ювелир, потому что все девчонки-классные!)))

    Голосовать - 0 | +1 +
    Елена А.
    20.3.2012 в 16:02

Для того, чтобы высказать свое мнение, регистрация не требуется.
Но, по желанию, вы можете зарегистрироваться или или войти на сайт
через свой профиль в социальных сетях:

  • Ваше имя *
  • E-mail
  • Сайт
  • Текст мнения *



Мы в соцсетях
Лучшие