Интернет-журнал Республика Карелия

«Реальность жизни убийственна абсолютно»

Голосовать -3 | +63 +
«Реальность жизни убийственна абсолютно»

«Он мне позвонил и назначил встречу у «Ленфильма» – тогда начались съемки «Гамлета».  И когда мы разговаривали, я сказала: «Ну, вы будете разочарованы». А он мне сказал своим вот этим голосом: «Я еще ничем не очарован». Театральный критик и историк театра Елена Горфункель рассказывает о том, как одно впечатление может повлиять на всю жизнь.

По сути, это не интервью, а часть какой-то продолжающейся беседы с потрясающим человеком, театроведом, одним из лучших театральных критиков Еленой  Иосифовной Горфункель. Недавно она приезжала в Петрозаводск на «Ламбушку».  Я уверена, что уровень этого театрального фестиваля не в последнюю очередь определяет именно присутствие на нем Елены Иосифовны.

Елена Горфункель – профессор Санкт-Петербургской государственной академии театрального искусства, кандидат искусствоведения. Основные её работы посвящены истории зарубежного театра и русскому театру ХХ века. Она пишет тексты о театре в самые уважаемые издания. Её книги «Смоктуновский», «Премьеры Товстоногова», «Георгий Товстоногов. Собирательный портрет» производят впечатление не только на знатоков театрального процесса, но и на менее искушенных в этом деле людей.

Елена Иосифовна и сама по себе – человек в правильном смысле слова не формальный. Разговаривать с ней – огромное удовольствие.

— У меня есть любимое интервью, с которого начинается книжка «Феллини о Феллини». Там первый вопрос звучит в таком духе: «Что ты думаешь про надвигающуюся старость?». Это начало дружеской беседы… Мне очень нравится настроение этого разговора. Конечно, я не стану вас спрашивать про надвигающуюся старость…

— У меня старость не надвигающаяся. Это некая реальность.  Но что про это думать! Теперь это уже пожизненная тактика – отодвигать те вопросы, которые все равно перед тобой стоят, а ты не можешь дать никакого ответа. Причем не только в отношении жизни и смерти, а вообще в отношении жизни и ее проблем.  Однажды меня одна девочка спрашивала, что делать, если депрессия наступает? Я ей говорила: «Оксана, есть очень простой способ, я всегда к нему прибегаю. Если уже просто хочется повеситься, нужно пойти на кухню, помыть пол, повесить новое полотенце, заварить чай, включить телевизор».  Все страдания будут за пределами кухни. Женский способ борьбы с отчаянием.

— А что вас радует?

— Дети. Внуки, конечно. Ну, и  – это звучит необычайно пошло – театр. Театр. Профессиональный зритель – это всегда неудовлетворенный человек, который постоянно ждет в театре какого-то оргазма, а он случается раз десять за всю жизнь. Но каждый раз приходишь и ждешь. 10-15 раз были у меня в жизни совершенные потрясения! Однажды студенты меня спросили: «Почему вы стали театроведом?» Не знаю, почему. Думаю, что после огромных впечатлений от игры одного актера. Хотя все равно не понятно, как это могло возникнуть – я росла в семье, где вообще ни к какому искусству никто не принадлежал.  Когда мне было 15 лет, мама поняла, что мне нужно,  и отвела меня в филармонию.  Потом все пошло само собой. Так же, как и у моего мужа. Мама его всем рассказывала, что он без конца слушает Би-би-си, хотя он слушал Дебюсси.

— Вы же не сразу пошли учиться на театроведа…

— Была у меня такая идиотская мысль стать режиссером. Мама, как узнала об этом, написала письмо Козинцеву. Козинцев позвонил: «Профессия сложная. Лучше сначала окончить другой вуз». «Ну, я знаю, знаю», — говорю. Я очень быстро поняла, что не могу никем руководить, не могу стоять во главе коллектива и вести за собой. Просто не могу быть режиссером – они по-другому видят. Вот и все.

— Вы тоже видите!

— Нет, вы знаете, я всегда восхищалась режиссерами некоторыми, что они вдруг видят что-то, а я   читала пьесу, видела этот спектакль тысячу раз, но этого не замечала!  Я очень рада, что не стала режиссером. В какой-то степени профессия театрального критика, то есть зрителя, сохраняет для тебя полную независимость от театра, от всего.

Я даже сейчас думаю: вот мои коллеги – театроведы. Кто-то из них пишет романы, кто-то – пьесы, кто-то стал политологом или ресторатором. У всех есть что-то еще, чем они могут заниматься. Я ничего не умею, кроме того, как смотреть спектакли, иногда говорить о них, иногда – писать.

— Вы говорили, что на вашу судьбу повлияла игра одного актера…

— Это, конечно, был Смоктуновский. Перед началом любого фильма – я много ходила в кино – показывали либо киножурнал «Новости дня», либо крутили киноролик. И я увидела его в ролике к фильму «Девять дней одного года». Сначала ничего не поняла. Была совершено ошеломлена, у меня сложилось абсолютное убеждение, что я все это всегда знала, когда-то видела или ждала… Ну, естественно, потом началось такое детское увлечение. В школе даже меня немножко стали поддразнивать этим. Уже потом, лет 18 мне было – первый раз говорю об этом! – я даже написала ему письмо. Смоктуновскому. Причем это было даже не любовное письмо, а именно с отражением этой проблемы, с ощущением невероятного душевного единства, которое я в нем ощутила. Он мне позвонил. Позвонил, да. И назначил мне встречу у «Ленфильма» – тогда начались съемки «Гамлета». Потом я узнала, мне многие говорили, что он любитель был… дамский. Я, конечно, не претендовала ни на что. И когда мы разговаривали с ним – тоже первый раз в жизни говорю! – я ему сказала: «Ну, вы будете разочарованы». А он мне сказал своим вот этим голосом: «Я еще ничем не очарован». Представляете себе? Ну, хорошо. Я опоздала, он ушел.

Как это получилось? Как можно было пропустить такую встречу!

— Я вам говорю. Это – следствие того, что на самом деле я абсолютно некоммуникабельный человек. Я выстраиваю единство, но только в своем внутреннем мире. Всякое воплощение, реализация контакта для меня смерти подобна. Она влечет за собой реальность жизни. Это убийственно абсолютно. Я  бессознательно я не хотела этой встречи. Хотела ее в душе, а в реальности – нет.

— А в театр тогда вы ходили?

— Все говорили про БДТ. Ну, я взяла билет.  А там шел спектакль «Дали неоглядные» про колхоз. В зале сидело десять человек. Что мне эти «Дали неоглядные»? Я больше не стала ходить в БДТ. Думаю: дурацкий какой-то театр!

— Смоктуновский вас не разочаровал потом?

— Я посмотрела все фильмы. С ним без конца были встречи — я была на всех. Потом, когда я поступила уже – это был 1966 год – вышел второй «Идиот». Тогда я в первый раз увидела его на сцене. Нет, конечно, никакого разочарования не было. А напротив. «Идиота» я смотрела раз шесть. Потом, помню, был замечательный фильм «Дядя Ваня» Кончаловского.  Потом – «Царь Федор», гениальный спектакль. Потом, уже во МХАТе,  совершенно потрясающий спектакль «Дядя Ваня». Он играл Войницкого. Уже не такого, как в фильме, а совершенно другого.  Я сейчас пишу про Олега Борисова, и мне очень хочется их сравнивать. Они совершенно разные, абсолютно. Состав одинаковый, но разные пропорции. У того и другого – гордыня и хитрость. Но у Борисова – много гордыни, а  хитрости мало. У Смоктуновского – наоборот. Еще я была рада, даже счастлива, что эта книжка, которую я написала о нем, не обращаясь ни к нему, ни к архивам, вышла при его жизни. Я как бы считала, что главное в этой жизни я сделала. И когда я видела по телевизору, что он дает какие-то интервью и подписывает эту книжку, я была просто счастлива.

Потом, когда он уже умер, мне «Молодая гвардия» предложила расширить книгу. Я пошла в архив и там действительно очень много нашла интересного, неожиданного абсолютно. Книжка увеличилась в два раза. Недавно мне заказчик из «Молодой гвардии» написал: «Ну, покажите, пришлите!» Я прислала. Он сказал: «Все мне очень понравилось – никто так о Смоктуновском не писал, как вы. Это все очень хорошо, но нужно уменьшить. Убрать всю театроведческую часть. Оставить все в жанре биографии». Я ответила, что совершенно не хочу ничего убирать. Если это не интересно читателю, то лучше не будем издавать.

— Я думала, что книги пишут под заказ…

— Я не знаю. Как возникла книга про Смоктуновского?  После болезни меня однажды послали в санаторий в Сочи. Там я написала примерно сто страниц текста. Приехала сюда и послала одному хорошему московскому редактору – Сергею Константиновичу Никулину. Он сказал: «Замечательно! Но поскольку вы в Ленинграде, пусть этим занимается ленинградское отделение». Я отдала рукопись. Она пролежала 10 лет. Они читали и говорили: «Вот у вас плохая вторая часть, книга становится все хуже и хуже….» Я переделала вторую часть. Они сказали, что стало еще хуже, чем было.  В общем, они порвали со мной отношения. А потом Сергей Константинович мимоходом спросил: «Ну, как у вас там с книжкой? Ладно, говорит, пришлите мне что-нибудь!» Я прислала, и в течение года ее издали. Это в издательстве «Искусство» было. Я помню, как меня встретил художник, занимавшийся оформлением книги: «Господи! Я думал, что Горфункель – такая старая матерая тетка необъятных размеров!»

— Книжку нужно издать!

— Я не верю в Бога совершенно. Но я верю в судьбу. Судьба сама должна приложить к этому руку.  Да и зачем ее издавать? Я все думала, вот кто-то возьмет и напишет про Смоктуновского! А ничего фундаментального нет. И он уже как бы забыт. Еще при жизни забывался уже.

Основное его время – это конец 60-х, отчасти 70-е. Все это очень быстро проходит. Борисов – очень ядовитый человек, про кого только он в своей книжке не пишет. Про Смоктуновского – ни слова. Но я знаю же массу скандалов – Ульянов отказывался играть рядом…  Сам его приход, репетиция, вступление в круг авторов уже были актами актерства. Он прикидывался идиотом, дурачком… Никто до сих пор ведь не знает: он на самом деле был «странным» или прикидывался?   Мне кажется, он не был странным. Как надели на него Мышкина в 1957 году – так он и почувствовал себя очень удобно в этой одежде. Очень многие его не любят – Лебедев его терпеть не мог. И те, кто его не любят, обычно говорят, что он прикидывался. Но так сыграть царя Федора Лебедев не мог.

Рукопись лежит,  но мне совершенно не жалко. Просто интересно было это писать, вспоминать…

 

  • Аня, спасибо. Хорошее интервью с очень интересным человеком (чем-то напомнила Лидию Гинзбург).

    Голосовать - 0 | +8 +
    Р. Мустонен
    1.10.2012 в 10:26
  • Лидия Яковлевна ведь и у нас преподавала в Петрозаводске! Я одно время собирала упоминания о ней... И Берковский ведь с нами связан — очень круто! Найти бы очевидцев!

    Голосовать - 0 | +1 +
    1.10.2012 в 10:50
    Автор поста
    • А Берковский чем связан?

      Голосовать - 0 | +1 +
      Наталья Шилова
      1.10.2012 в 11:01
      • Преподавал у нас тоже!

        Голосовать - 0 | +2 +
        1.10.2012 в 11:03
        Автор поста
        • Я была знакома с его сыном — он рассказывал об этом....

          Голосовать - 0 | +2 +
          1.10.2012 в 11:04
          Автор поста
          • Вот про Гинзбург знала, про Мелетинского знала, а про Берковского не знала. Приятно знать :-)

            Голосовать - 0 | +2 +
            Наталья Шилова
            1.10.2012 в 11:40
  • спасибо за интервью, Аннушка

    интересный человек

    Голосовать - 0 | +6 +
    Marina Galanicheva
    1.10.2012 в 10:51
  • Истории замечательные!

    Голосовать - 0 | +5 +
    Наталья Шилова
    1.10.2012 в 11:04
  • Аня, я знаю, что Гинзбург преподавала в Петр-ке, но это было так давно. Может, кто-то есть, кто ее помнит? Я одно время читала ее активно и даже выписывала что-то. Мне в числе прочего очень нравились ее рассуждения о старости (наверное, потому и вспомнила ее, что ты начинаешь интервью с цитатой из Феллини о старости). Типа того, что в молодости мы боимся старости, а бояться не надо. В старости нам не будет хотеться того, что хотелось в юности и молодости, и это звучит утешительно. Писала она, конечно, гораздо умнее, чем я сейчас процитировала по памяти, но смысл тот. Сейчас вот пытаюсь проверить ее умозаключение на практике — работает. А твоя героиня Елена Горфункель мне понравилась еще потому, что она, по-моему, честна перед собой. И умна.

    Голосовать - 0 | +12 +
    Р. Мустонен
    1.10.2012 в 11:47
  • «Реальность жизни убийственна абсолютно» = «Жизнь вредная штука, от неё умирают»...

    Мне показалась интересной затронутая в интервью проблема выбора и связанная с этим проблема стыда. Выбор всегда присутствует в жизни, каждое наше действие есть продукт выбора, по большей части неосознанного, между действием и недействием. Поскольку выбор подразумевает также отказ от чего-то, то выбор всегда оставляет след в виде травмы, которая может проявиться не сразу, а спустя некоторое время, и оказать воздействие на человека в условном будущем, порой самым неожиданным образом. Выбрать — значит, отказаться. Выбрать — значит, отключить стыд. Печатать себя — или не печатать? Какие такие ценности я несу другим людям, ценности ли они, могу ли я выступать в качестве носителя этих ценностей? Для западной цивилизации понятие стыда вторично, а первична индивидуальность: "Я есть Всё! ". Для традиционных восточных систем дело обстоит с точностью до наоборот: «Всё есть Я» (но и «Я есть Всё»). Положиться на фатум, рок, случай есть modus operandi восточного человека. Растворяясь в управлении собой через Нечто, снимая дуализм субъекта и объекта, он снимает также и ответственность за возможные последствия своих поступков, снимает проблему травмы выбора и рефлексии на его результат. Очень, очень интересно. И вот что ещё любопытно: именно после беседы А. Гриневич с Е. Горфункель я окончательно оценил нашу «Ламбушку» по достоинству. Лучше поздно, чем опоздать.

    Голосовать - -2 | +6 +
    Андрей Тюков
    1.10.2012 в 15:14
    • За исключением дебюта (домашняя заготовка?) ни один из вопросов уважаемого автора не дерзает выйти за пределы 7-8 значимых слов... или вопросы были отредактированы, чтобы дать больше места синхронируемой? О, это высокое искусство — не мешать говорящему...

      Анна, Вы пишете: «...Человек в правильном смысле слова не формальный». «Не» с прилагательным в данном случае пишем слитно: неформальный. Но меня больше озадачило другое: а что вообще означает эта фраза? «В правильном смысле» — это в каком? Чтобы мне, человеку, далёкому от света рампы, проще было понять Вас, нельзя ли привести примеры людей, неформальных в неправильном смысле слова?

      Голосовать - -5 | +5 +
      Андрей Тюков
      1.10.2012 в 20:36
  • Аня! Спасибо Вам огроменное за то, что Вы решились и сделали это интервью с таким чудесным, хрупким, глубоким и мудрым человеком — с любимой нами Еленой Иосифовной! И сделали его, надо сказать, очень профессионально: я просто слышу дорогой голос!..

    Голосовать - -1 | +8 +
    Мария
    1.10.2012 в 18:46
  • Анна, спасибо за статью. Люблю читать комментарии, предисловия к книгам, эссе и статьи театральных критиков.

    Какое удовольствие — последняя ремарка героини: «Рукопись лежит, но мне совершенно не жалко. Просто интересно было это писать, вспоминать…»

    Голосовать - 0 | +4 +
    Наталья Татарина
    1.10.2012 в 22:51
  • Тюков прав, в данном случае «не» пишется слитно: нет противопоставления; нет слов-вовсе, далеко, ничуть и др.; можно заменить синонимом, который, правда, придумать не могу, так как не могу постичь глубины сказанного)))) Убогая фраза, плохой русский язык.

    Голосовать - -6 | +9 +
    Anna
    2.10.2012 в 10:17
  • Спасибо, Анечка!! Удивительный человек. Очень интересная беседа. Прочла с удовольствием!!

    Голосовать - -1 | +3 +
    Наталья
    2.10.2012 в 10:20
  • Приведу лишь небольшое примечание из Розенталя: «В некоторых случаях возможно двоякое толкование и, как следствие, двоякое написание; ср.: эта задача нетрудная (утверждается «легкость») – это задача не трудная (отрицается «трудность»); перед нами необычное явление (т.е. редкое) – перед нами не обычное явление (мыслится противопоставление: ...а исключительное, из ряда вон выходящее). При раздельном написании логическое ударение падает на частицу не. При решении таких вопросов необходим более широкий контекст».

    В нашем случае — личность НЕ формальная, а... ну, скажем, уникальная. Тут уж как автор услышал. Посему раздельное написание — не ошибка вовсе. Такой вот у нас язык...

    Голосовать - -4 | +7 +
    Инна
    2.10.2012 в 10:41
    • 2 Инна.

      Я, увы, не русист, а романо-германский филолог. Но, как мне представляется, во всех языках действует такое правило: в тех случаях, когда возможны варианты нормы, автор может пояснить выбор одного из вариантов, к примеру, через контекст. Чего в данном случае мы не видим, и это — ошибка автора. Кроме того, меня в первую очередь смутило не правописание частицы «не», — меня вся фраза озадачила, в чём я и признался, и попросил разъяснений. Разъяснений автор не дал («выбирает слова»?). Я автора хорошо понимаю, потому что невозможно разъяснить рениксу, да и — вылетело слово, не поймаешь, — топором же уважаемый автор, по всей вероятности, не владеет. Что ж, остаётся стоять в позе, завернувшись в пепел)))

      Голосовать - -2 | +4 +
      Андрей Тюков
      2.10.2012 в 16:54
  • Позвольте и мне вступить в вашу увлекательнейшую дискуссию. Я глубоко возмущена тем, что после «и отвела меня в филармонию» стоит лишний пробел.

    Голосовать - -3 | +6 +
    Ленка
    2.10.2012 в 12:47
    • Затрахали уже орфографической дискуссией. На ветке Фукса на эту тему тоже сражается батальон зануд.

      Голосовать - -11 | +4 +
      Света
      2.10.2012 в 13:20
  • Света, выбирайте слова, пожалуйста. Я всегда так делаю)))

    Голосовать - -3 | +5 +
    2.10.2012 в 14:03
    Автор поста
  • Света, ну отчего бы не расширить кругозор читателей правилами русского языка, которых намного больше, чем тех, которым нас учили в школе. Во-вторых, колхоз, как известно, дело добровольное: не нравится — не читайте. Все просто

    Голосовать - -2 | +6 +
    Инна
    2.10.2012 в 14:26
    • Да я уже сто раз запрещала себе вступать в дискуссии с тошнотворно интеллигентными посетителями этого сайта. А все равно тянет. Потому что обидно. Ноете: все, мол, надоело, расскажите про какого-нибудь необычного человека. Корр находит для вас нестандартную личность, высасывает из этой личности такие откровения, которые я, будь я публичным человеком, никогда бы не выложила под запись. И вместо того, чтобы попытать корра о секретах высасывания из клиентов откровений, предположим, вы начинаете цепляться к какой то х...йне. Вы как ермолинские пьявки, как липкие мухи. Тьфу!

      Голосовать - -7 | +3 +
      Света
      2.10.2012 в 15:20
      • Света, из Иваново? :-)

        Голосовать - -2 | +9 +
        ***
        2.10.2012 в 16:08
  • Красота! Новый вид тролля — орфографический

    Голосовать - -1 | +5 +
    Даврвин
    2.10.2012 в 17:56
  • Непривычное ощущение оставляет это интервью — его героиня производит впечатление не самого легкого в общении человека. Может быть, оттого что она назвала обожаемого мною Олега Борисова гордецом. Почему-то это очень обидно слышать об актере, которым так восхищаешься. Хотя и понимаешь при этом, что она, верно, тысячу раз права и имеет все основания так говорить. И все равно — какое горькое чувство.

    Верите-нет, Анна, но при первом прочтении этого интервью меня больше всего «зацепила» именно характеристика «человек в правильном смысле слова не формальный» (еще до всех «граммар-нацистских» рассуждений в комментариях). Разумеется, потому что для себя я автоматически отметила: "Странно: написано раздельно, когда надо бы слитно, почему так? " И я задумалась над этим, и уже через секунду отчетливо поняла, что именно так и нужно, именно в этом суть. Что в противовес современному значению слова «неформальный» («неформальная тусовка, субкультура, обстановка») здесь эта фраза описывает человека, который не проникнут формализмом, который следует не букве, а духу своей профессии, думает больше о содержании, чем о форме, не ищет простых путей, выходит за рамки, не довольствуется легкодостижимым.

    И вдруг меня, как волной, накрыло давно забытое ощущение чуда — у меня так бывает, когда я читаю воспоминания переводчиков советской школы или книги о них. О людях, которые невероятно серьезно относились к своей профессии, отдавали ей себя без остатка, проводили всю свою жизнь среди книг, не халтурили (а если и халтурили, то, по крайней мере, не оправдывали себя за это), и если даже и называли свою профессию «ремеслом», то никогда не были ремесленниками.

    Ведь, по сути, именно об этом говорит сама Елена Иосифовна: «Я даже сейчас думаю: вот мои коллеги – театроведы. Кто-то из них пишет романы, кто-то – пьесы, кто-то стал политологом или ресторатором. У всех есть что-то еще, чем они могут заниматься. Я ничего не умею, кроме того, как смотреть спектакли, иногда говорить о них, иногда – писать». Мне кажется, те, кто имеет талант и/или смелость заниматься всю жизнь одним делом — великие люди.

    Голосовать - -2 | +9 +
    Анастасия Ананьина
    2.10.2012 в 20:32
    • 2 Анастасия Ананьина.

      Уважаемая Анастасия! Вы превосходно изволили воспроизвести тот момент самопровокации, который, ещё некоторое время тому, был описан Н. Гоголем в поэме «Мёртвые души». Если помните, там некий учёный, эпизодический (если не сказать, дидактический) персонаж пускается в рассуждения и поначалу «выступает необыкновенным подлецом», а потом ему кажется вдруг, что — вот, вот она, первая борода Юпитера, — и ухватившись за неё, принимается он вить верёвки из текстуры, самим же вызванной к жизни. Ведь, помилуйте, Анастасия, ничего этого нет, — ровным счётом, ничего, — из свитых Вами, и любовно, выводов. Ведь, последуй мы Вашей логике, так получится, что всякого, ничего не умеющего, кроме одного, и всю жизнь этим одним занятого, должно будет признать человеком *не формальным, в противовес весьма многим, которые взяли на себя смелость «выйти за рамки» и стать, например, не только переводчиком, поэтом, но и режиссёром? На мой взгляд, данное Вами определение — человек, «который не проникнут формализмом, который следует не букве, а духу своей профессии, думает больше о содержании, чем о форме, не ищет простых путей, выходит за рамки, не довольствуется легкодостижимым» — более идеальное, нежели действительное, и в качестве такового есть, несомненно, лишь один из многих формальных способов отражения несовершенства мира и человека...

      Ещё вот о чём хотелось бы сказать. Есть некоторые понятия, на которые ratio не дерзает. Я немного знаком с луркоречием, и мне тоже не чужда весёлая традиция «переодевания» слов, с целью раскрытия их неожиданного содержания и характеристики известных предметов в новом, непривычном виде. Но следует быть осторожным в тех случаях, когда известные и привычные значения этих слов-перевёртышей ещё слишком живы для (пока ещё) многих людей. Я, разумеется, имею в виду слово «наци». В годы моего детства, пожалуй, не было вернее средства получить «в пятак», чем назвать кого-то «фашистом». Причём, сразу, мгновенно. Почему — этого, я думаю, объяснять не надо. Здесь никто не обиделся, здесь все образованные, воспитанные, из хороших семей девочки и мальчики. Просто, будьте осторожнее в других местах, — там, где прямые значения слов до сих пор превалируют и, я бы сказал, довлеют...

      Спасибо за Ваш пост, я читал и видел перед собой очень знакомое мне лицо, и даже в паузах замирал — в ожидании продолжения.

      PS. Кому бы я ни задал вопрос, почему-то неизменно отвечает человек по имени Анастасия.

      Голосовать - -3 | +1 +
      Андрей Тюков
      3.10.2012 в 18:52
      • Вы что-то путаете. Я никому не отвечала, а обращалась к Анне, автору текста.

        Голосовать - -1 | +4 +
        Анастасия Ананьина
        3.10.2012 в 20:07
        • О, разумеется и всеконечно. Но Вы же сделали это на форуме, а следовательно, Ваше послание «Анне, автору текста», стало res publica, не так ли? Кроме того, волей случая, именно Вы ответили мне на тот вопрос, который я адресовал (to no avail) самой Анне Гриневич. Или, это следует понимать так, что Вы в своём посте объяснили Анне — что именно она подразумевала, нарушая правило и сама того не подозревая? Как-то сложно чересчур, воля Ваша, Анастасия... Впрочем, это уже слишком затянулось, а дело того не стоит... поистине, much ado about nothing.

          Голосовать - -4 | +3 +
          Андрей Тюков
          3.10.2012 в 20:39
  • Андрей Иванович великолепен! И прав, как всегда. Обожаю (читать)!))))

    Голосовать - -7 | +8 +
    gardenia
    2.10.2012 в 20:50
    • 2 gardenia.

      Должен заметить, что Вы нарушаете правила этого форума))

      Вообще говоря, есть «di certi» и «di incerti». Фокус в том, что между ними нет разницы, не считая субъективной.

      Голосовать - -3 | +1 +
      Андрей Тюков
      4.10.2012 в 14:22
  • Настя, большое вам спасибо! рада, что вы все почувствовали так же, как и я. Для меня это ценно.

    Про Олега Борисова. Елена Иосифовна очень любит этого актера, она очень здорово рассказывает о нем, о спектаклях его. В ее словах нет обличения — это совсем все другое. Я не хотела бы объяснять, потом дам вам лучше ссылку на текст, который Елена Иосифовна сейчас пишет о Борисове.

    Голосовать - -1 | +1 +
    2.10.2012 в 20:57
    Автор поста
    • Это было бы замечательно, я ничего о нем не читала. Хочу почитать его дневник, но побаиваюсь — вдруг настигнет меня разочарование.)

      Голосовать - -1 | +1 +
      Анастасия Ананьина
      2.10.2012 в 21:03
  • Вечно Тюков влезет ни к селу, ни к городу)) Ничего личного. никакой ненависти к социальной группе Тюковых)

    Голосовать - -4 | +2 +
    Хмм
    4.10.2012 в 04:06
    • Вы не заметили, тут в соседних ветках комментируют Шендерович, Рабинович, Перельман и Вассерман? Не заметили? Вот и я пока не заметил. Пока придётся читать Тюкова. Впрочем, отчего же «придётся»? Никто не заставляет, по-моему... ещё и в четыре утра (?!).

      Голосовать - -1 | +6 +
      Андрей Тюков
      4.10.2012 в 14:17

Для того, чтобы высказать свое мнение, регистрация не требуется.
Но, по желанию, вы можете зарегистрироваться или или войти на сайт
через свой профиль в социальных сетях:

  • Ваше имя *
  • E-mail
  • Сайт
  • Текст мнения *



Мы в соцсетях
Лучшие