Интернет-журнал Республика Карелия

«Я просто знала анатомию»

Голосовать -1 | +58 +
«Я просто знала анатомию»

«Если бы хирургов воспитывали с детского сада, то заведующей этого сада точно стала бы Капитолина Григорьевна», — импровизирует Рудольф Мельцер, рассказывая про знаменитого в Карелии доктора Готовцеву, заслуженного врача Карелии и России, почетного члена Общества российских хирургов. Она не читала студентам-медикам лекций в университете, но вырастила прекрасных учеников, прославивших Карелию. Она сама – талантливый хирург, человек, абсолютно преданный профессии.  В 33 года она уже заведовала хирургическим отделением Республиканской больницы. Была главным хирургом Карелии. И мне кажется, я понимаю, почему её выбрали на эту должность, наплевав даже на беспартийность…

Уездный доктор

— Мне ваши коллеги сказали, что у вас характер нордический. Что вы  сдержанная и строгая, и расслабляетесь только среди очень близких людей. Это профессия повлияла или вы с детства так воспитаны?

— Я требовательна к себе и подчиненным. Думаю, что это связано и с профессией, и с тем, что я очень рано начала заниматься административной работой. Я уже в 33 года стала заведовать хирургическим отделением Республиканской больницы.

— Как это вышло?

— К тому времени у меня уже был некий опыт. После окончания 1-го Ленинградского медицинского института я три года отработала в Пудоже. Потом поехала в Ленинград в клиническую ординатуру к академику Федору Григорьевичу Углову. Когда вернулась, три-четыре года работала ординатором в Республиканской больнице при Михаиле Яковлевиче Раудсепе. А потом хирургию разделили на два отделения: торакальной и общей хирургии. Первую возглавил Раудсеп, а меня заставили заведовать второй.

— А как вы попали в Пудож?

— В Карелию я приехала с рекомендательным письмом от своего института, но показывать его никому не стала. В министерстве меня спросили, где бы я хотела работать. Я ответила, что все равно, лишь бы хирургом. «Ну, тогда поезжайте в Пудож, раз вам все равно!»  Тогда Пудож был труднодоступным населенным пунктом. Один раз в сутки туда ходил пароход «Вересаев», изредка летали самолеты. Весной и осенью почту сбрасывали в бумажных мешках прямо на поле стадиона. Дороги были непроезжими, район очень большой, поэтому о пудожской жизни у меня сохранились самые яркие впечатления. Приходилось добираться к больным и пешком, и верхом на лошади, и в санях за трактором.

— Как в кино про уездных докторов!

— Это было на самом деле. В Пудоже я была хирургом, оказывавшим основную экстренную помощь, поэтому вполне естественно, что меня все время вызывали. Да и здесь, в Республиканской больнице, меня тоже часто вызывали. Я жила неподалеку. Однажды ко мне в дверь позвонил незнакомый мужчина. «Вы доктор?» — спрашивает. «Доктор!» — говорю. «Я, — говорит, — доктор, из-за вас всю ночь не мог уснуть: ваши звонки почему-то падали на мой телефон. Вы сами-то когда спите?»

— Как вы без опыта справлялись с работой в Пудоже? Ни с кем не посоветоваться даже!

— В институте нас хорошо готовили к самостоятельной работе. Я была на экзаменах в Петрозаводском университете. Так вот здесь порой советуют начинающим хирургам чуть что звонить в Республиканскую больницу и консультироваться. Мне этот совет не нравится – люди должны учиться думать сами. Кто-то, я знаю, во время операции открывает книги и по ним сверяется. У меня в операционной книг не было.

Хорошая интуиция и плохой характер

— Наитие есть у хирурга? Или только твердые знания помогают?

— Обязательно должна быть развита интуиция, но не у всех это есть.

— Интуиция работает, если ничего не бояться?

— Я не знаю, отчего она берется. Наверное, от какой-то чувствительности нервной системы. Я могла прямо среди ночи позвонить в отделение и спросить, как там мой больной. Мне отвечают: «Ему только что стало плохо. Как вы узнали?» А меня будто в бок кто-то толкнул.

Интуиция  особенно важна в диагностике и в выхаживании больного. У нас не было тогда таких методов обследования, как УЗИ, эндоскопия, томография… У нас были только рентген обычный и лаборатория. Мы работали, опираясь на собственные знания, на очень подробный осмотр больного, сейчас это делается от случая к случаю. Нас интересовали все мелкие детали…

— Это называется клиническое мышление?

— Да, когда у тебя есть диагноз еще до обследования. Анализы нужны только для подтверждения твоих умозаключений. Сейчас все наоборот. Я могу вам наговорить лишнего…

— Неужели для хирурга главное – не операция, а период после неё?

— Операция – один из этапов нашей работы. Послеоперационный период не менее важен. И предварительный диагноз, конечно, тоже. Сама операция – момент очень ответственный. Некоторые сопряжены с большим риском. Те же операции на щитовидной железе. Там ведь все в миллиметрах! Отступишь – человек без голоса останется, захватишь больше – заденешь важный орган. А иногда операция происходит в критический для больного момент. Чтобы вы поняли, я вам расскажу один случай, здешний.

В День лесника мне позвонили из Пудожа — в человека выстрелили из дробовика в спину. Тогда проще было связываться с санавиацией — его очень быстро привезли. У мужчины была повреждена селезенка, кровь в грудной клетке… Его оперировали. Где-то на пятый день у больного началось очень сильное желудочное кровотечение. Брать на операцию – риск, и не брать нельзя. Когда взяли на стол, на вводном наркозе у него остановилось сердце. Вызвали Анатолия Петровича Зильбера. Восстановили работу сердца. Он мне говорит: «Ну, оперируй!» — «Господи, как мне оперировать умирающего?»  От волнения я сделала очень быстро резекцию. И больной поправился. Вот это был стресс!

— Как, интересно, сложилась его жизнь?

— Я ничего о нем не знала долгое время — пришлось уехать из Карелии на 15 лет. Потом уже  получила от него письмо, что жив-здоров…

— Почему вы уезжали из Карелии?

— Все очень просто. У меня были принципиальные разногласия с новой администрацией больницы. Меня согнуть невозможно, подстраиваться я ни под кого не буду. В общем, неугодная, с плохим характером.

— Тогда просто удивительно, что вы были главным хирургом...

— Да-да, все мои знакомые тоже удивлялись. Ко всему прочему, я была беспартийной. В главные хирурги я не просилась – меня приказом перевели. Я долго сопротивлялась, на самом деле.

Грибной супчик

— Хирурги не сентиментальные люди?

— Нет, не сентиментальные. Но я завидую мужчинам – у них есть отдушины. Они могут съездить поохотиться или рыбу половить.

— Или выпить…

— Да, и это иногда снимает стресс. А когда не куришь и не пьешь… Я не то что на рыбалку, я вообще из дома боялась выйти – вдруг кому потребуюсь?

— Почему вы пошли учиться на хирурга?

— Первый толчок мне дала сестра, которая была медсестрой полевого госпиталя в войну. Впечатления о работе военных хирургов у нее были сильными. Я поступила в медицинский институт, и, когда дошла до третьего курса, у меня самой уже не было сомнений, что я стану хирургом. Я по характеру такой человек, что должна очень быстро видеть результат своей работы. И меня эти порошки-микстуры никогда бы не устроили.

Потом у меня были прекрасные учителя. Опыт и знания хорошие я получила в ординатуре у академика Углова. В Петрозаводске мне тоже повезло – меня учили прекрасные специалисты – Михаил Яковлевич Раудсеп, Валерия Ивановна Малкова. Они были прекрасными специалистами и хорошими людьми.

— Что значит учили?

— Вначале я им всем ассистировала. С утра встану и до четырех дня стою в операционной, на мне уже пять халатов надето… Потом я начинала оперировать – они мне помогали.

Еще не сказала, что мне очень повезло и с руководством больницы, когда я туда пришла. Тогда Республиканской больницей руководили две очень умные и доброжелательные женщины. По специальности обе были хирургами – Лидия Теодоровна Филимонова и Ревекка Львовна Виленская. Лидия Теодоровна однажды меня пригласила в кабинет и говорит: «Мы тут решили, поскольку ты из больницы не выходишь, давай мы тебя будем кормить завтраком и обедом. Заплатишь за это рубль». Я все время полуголодная бегала, но отказалась.

— Вы потом тоже старались накормить подчиненных?  

— Врачей я не кормила. Только больных. Человек в тяжелом состоянии мог начать поправляться от киселя или грибного супа. Я им из дома носила. Впрочем, не так часто это было.

— Это помогало?

— Это как раз очень хорошо помогало. Я по себе знаю. В участковой пудожской больнице я как-то заразилась желтухой. Помню, что лежала в больнице и мечтала о курином супчике. Мужчины тут же сходили на охоту, настреляли рябчиков… Помогло! С тех пор сама начала подкармливать больных. Иногда маленького толчка достаточно, чтобы больной пошел на поправку.

Какая семья при таком режиме?

— Когда были сложные операции, что вам помогало? Молитвы?

— Я просто знала анатомию.

— Были случаи, когда поправлялись безнадежные, казалось бы, пациенты?

— Иногда уже погибающие люди находили в себе какие-то силы и поправлялись. Было и другое – элементарный аппендицит давал такие осложнения, что человек не выдерживал.

— О том, стоит ли женщине идти в хирурги, спорят до сих пор. Говорят, что невозможно быть мягкой и нежной, оставаясь в этой профессии. Это так?  

— Был в Петрозаводске такой артист Сунгуров. Я его оперировала. Однажды шли по улице с его женой, и она спрашивала прохожих: «Врач какой специальности идет рядом со мной?» И все говорили: «Педиатр!»

— Не пожалели, что выбрали  хирургию?

— Я прожила очень интересную жизнь. По крайней мере, в отношении работы. Совмещать работу и личную жизнь было невозможно. Какая тут семья может быть при таком режиме? И потом я так любила хирургию, что боялась от нее отойти даже на какое-то время.

— С самого начала знали, что вас ждет?

— Да, знала. И сама решила, что для меня работа важнее.

— В теорию не хотелось уйти?

— Нет, никогда. Меня приглашали на все три кафедры в университет, но я не хотела. Зато я на практике воспитала очень достойных учеников. Сейчас они все – знаменитые хирурги: профессор Рудольф Ионтелевич Мельцер, Николай Дмитриевич Ушаков, хирург-новатор, который внедрил много новых методов, Вячеслав Георгиевич Новожилов, который 32 года заведовал хирургическим отделением онкодиспансера, Анна Арсентьевна Богданец. Она заведовала одним из хирургических отделений городской больницы. Виктор Артурович Толлер – известный в Карелии врач-проктолог – тоже мой ученик.

— Интересно, как вы с вашим опытом общаетесь, например, с врачами «скорой помощи», если случается их вызывать?

— Я практически никого не вызываю. Один раз в связи с аритмией вызвала. Пока они ехали, приступ прошел. Мне было  неудобно перед ними.

— Сами лечитесь?

— Сама. Но если мне что нужно, никто не отказывает. Участкового врача у меня нет. Карточки в поликлинике нет, я там не была ни разу. Только беспокоюсь, кто мне будет справку выписывать в случае смерти. Я трезво смотрю на ситуацию – мне 82 года.

— Никогда не хотелось уехать куда-нибудь?

— Я Карелию очень люблю. У меня и характер нордический.

P.S.

Пожелания молодым хирургам от доктора Готовцевой:

  1. Преданно и бескорыстно любите свою работу.
  2. Относитесь к больным с искренним сочувствием и уважением.
  3. Выбирая тактику ведения больного, прежде всего опирайтесь на анализ клинических проявлений заболевания. Современные методы обследования вам помогут.
  4. Не бойтесь признавать свои ошибки. Без этого невозможно совершенствовать свои знания и приобретать опыт.
  5. Постоянно анализируйте непосредственные и отдаленные результаты своей работы.

Успехов и удач вам в такой трудной и ответственной профессии!

 

  • Хорошая интуиция и плохой характер («меня согнуть невозможно, подстраиваться я ни под кого не буду»). Казалось бы, здоровое, нормальное сочетание — по-другому и быть не может. Между тем, сколько талантливых, перспективных, преданных делу людей теряет российская медицина... Ух, и сильнющий же вы человек, Капитолина Григорьевна!

    Голосовать - 0 | +9 +
    Света
    8.10.2012 в 15:37
  • Удивительный и сильный человек. Всех благ ей...

    Голосовать - 0 | +11 +
    Дмитрий Вересов
    8.10.2012 в 18:48
  • В чем настоящее этой женщины? Когда она всю себя отдала профессии, а теперь в силу возраста не может ей заниматься?

    Голосовать - -1 | +1 +
    Вопрос
    8.10.2012 в 20:10
  • То-то и оно. КГ говорит, что никакого дела у нее сейчас нет, увлечений нет, что она до сих пор скучает по больнице.

    Голосовать - 0 | 0 +
    9.10.2012 в 00:20
    Автор поста
  • Таких врачей, которых готовил Первый Мед.Институт им.акад.Павлова в то время было немало.К сожалению.Я тоже выпускница этого ALMA MATER (1960)начала работу в Олонце.Но у меня параллельно с работой-муж,3 детей,6 внуков,3 правнука-сейчас(2012)хотя РАБОТА всегда была на первом месте, потом-ДЕТИ, а МУЖУ-почётное 3 место.Побывала в Петорзаводске в этом году-не сравнить с прежним:такая грязь, что УВАЖАТЬ себя, вырастить достойного человека-НЕЛЬЗЯ.Какой был этот прекрасный СЕВЕРНЫЙ ГОРОД! А доктору-здоровья и «РАНЫ НЕБОЛЬШОЙ»-в случае чего.

    Голосовать - -2 | +7 +
    tamara
    9.10.2012 в 15:20
  • Здоровья Капитолине Григорьевне и радости от жизни. Она у неё удалась. Прекрасный человек и хирург от Бога. Побольше бы таких людей. Фамилия Готовцева у меня на слуху с детства. Я пудожанка и моя тётя В.А. Гаупт работала детским врачом в Пудоже. Она очень часто вспоминала своих коллег и говорила, что это были лучшие люди. Какая школа была врачей, Бондарчук, Ким, позже Шошин, Зарипова и многие другие. Да простят меня, имён и отчеств уже всех не помню. Так что можно сказать, что Пудожский район из-за своей отдалённости был «кузницей» становления настоящих профессионалов врачебного дела.

    Голосовать - 0 | +7 +
    Елена Сорокина (Пивень)
    9.10.2012 в 23:49
  • Красивый человек!

    Голосовать - 0 | +11 +
    Р.М.
    10.10.2012 в 12:48

Для того, чтобы высказать свое мнение, регистрация не требуется.
Но, по желанию, вы можете зарегистрироваться или или войти на сайт
через свой профиль в социальных сетях:

  • Ваше имя *
  • E-mail
  • Сайт
  • Текст мнения *



Мы в соцсетях
Лучшие