Интернет-журнал Республика Карелия

Все хотят!

Ия Свами 27 мая 2013
Голосовать -28 | +27 +
Иллюстрация: kinopoisk.ru

Иллюстрация: kinopoisk.ru

Не стало Алексея Балабанова. Печально. Хотя при его жизни у меня с известным режиссером складывались непростые отношения. После фильма «Груз-200» я зареклась ходить на его фильмы. Слишком уж натурально и похоже на правду выглядел мир, созданный режиссером на экране. Но не хотелось верить, что в годы моего детства так смердило трупным духом и так отвратительно жужжали мухи. Хотя я же помню то время — аллегории фильма превзошли все реалии. В общем, признав гениальность Балабанова, я не смогла принять его гиперболизированный режиссерский язык. И только смерть Мастера заставила меня посмотреть его последний фильм «Я тоже хочу».

Странное название для картины. Фразу «Я тоже хочу» мы повторяем, не задумываясь, много раз в день. По разным поводам. Кто-то собрался выпить чашечку кофе? Я тоже хочу. Кто-то поехал на Бали? Братья Коэны получили очередной «Оскар»? Подруга выходит замуж? Я тоже хочу! Хотеть — это нормальное состояние человека. Как говорится, хотеть не вредно! А чего хотят герои балабановского фильма?

«Началось!» — подумала я, когда в первых кадрах фильма какой-то мужик застрелил четверых. Но на этом все откровенные ужасы закончились, и на экране появился Олег Гаркуша, изрядно повзрослевший и все-таки сохранивший какую-то подростковую угловатость и трогательность. Он шел по улицам с гитарой за спиной, заглянул в церковь, поставил свечку, прочитал у иконы молитву «анонимного алкоголика»: «Господи, дай мне силы вынести то, что я не в силах изменить»... И, наконец, пришел в баню.

Баня для русского человека — место особое. Здесь все равны — и бандит, и музыкант. Здесь под пиво делятся самым сокровенным и рассказывают анекдоты. Здесь смываются грязь и грехи. В общем, в бане Гаркуша узнает историю, что есть-де где-то между Санкт-Петербургом и Угличем, в зоне заброшенной атомной станции, Колокольня Счастья, многие туда уходили, но никто не вернулся обратно. Одних «туда» берут, а других — нет. «Я счастья хочу!» — сказал рассказчик, в котором зритель узнает бандита, застрелившего ночью четверых. «Я тоже хочу!» — вторит ему Гаркуша. И герои отправляются в путь, захватив с собой алкоголика, старика пенсионера и проститутку Любовь Андреевну.

Фильм без времени, но о нашей сегодняшней жизни. О последних двух десятилетиях, когда мы все надеялись на скорое счастье, но так его и не получили.

Надо сказать, что не у всех героев есть имена. И имена здесь совершенно не имеют значения, как и судьбы персонажей, поскольку уже к середине фильма зритель начинает догадываться, что имеет дело с притчей. Сюжет фильма, в общем-то, можно пересказать парой фраз: «Отправились как-то музыкант, бандит, пьяница, пенсионер и проститутка за счастьем. Но пустили за ним не всех».

Алексей Балабанов тоже сыграл в фильме маленькую роль, а точнее, самого себя. Герои повстречали его возле колокольни счастья. «Режиссер, член Международной гильдии кинематографистов», — представился он, потом поведал, что тоже хочет счастья... и умер. Маленькая роль оказалась пророческой.

Фильм Балабанова «Я тоже хочу» не отвечает на вопрос, что же такое счастье. И кого Колокольня Счастья забирает, а кого не забирает (видимо, в рай). Он просто рисует нашу жизнь такой, какая она есть — рисует не без помощи прекрасной операторской работы Александра Симонова (каждый кадр, если его остановить, — прекрасная фотография). Мы видим улицы, кажется, Питера, но эти улицы могли бы быть сняты в любом городе России. Мы не можем определить, в какие годы произошла история, потому что она могла произойти и двадцать лет назад, и сегодня, и завтра. Фильм без времени, но о нашей сегодняшней жизни. О последних двух десятилетиях, когда мы все надеялись на скорое счастье, но так его и не получили. Хотя и наши родители хотели быть счастливыми, и родители родителей...

Кажущаяся простота фильма завораживает. Сам Алексей Балабанов назвал жанр своего фильма «фантастический реализм». «Здесь все реальное», — говорил он, подразумевая, что в фильме нет декораций: улицы, дома, заброшенные церкви, люди в конце концов (в фильме снимались непрофессиональные актеры) — все настоящее. Только история выдумана. Но так ли уж она выдумана? Кому удалось найти счастье при жизни? И будет ли счастье после нее? Теперь Алексей Балабанов, наверное, узнал ответ на этот вопрос, но уже не расскажет нам.

  • «Хотят все, но некоторым это приходится объяснять» (из записной книжки циника).

    Можно было бы ограничиться цинизмом, и о последнем фильме режиссёра А. Балабанова больше ничего не говорить. Но это ж означало бы самого себя предать. Поэтому, вот.

    Я сам в прошлом неумеренный поклонник АБ. «Про уродов и людей» так вообще угодил очень точно в самую адову подкладку — расшевелил всех тамошних слизняков, раздутых от собственной мерзкой похоти (именно такими, в виде гигантских слизней, они и предстают чистым духовным очам, те, тамошние). Ну, думаю, до чего великолепная эстетская подделка под порнографию эпохи! Рука мастера, не иначе. Потом, конечно, думаю: а сказать-то чего хотел, это раз, и что ещё есть в Балабанове-мастере, кроме вот этой подкладки? Ну, и мастерства, это само собой. Все почти фильмы видел, не стал смотреть «Морфий», и не смог — «Я тоже хочу»: дважды принимался с благими намерениями, и не смог, не идёт...

    Так вот, что я хочу сказать. На фоне усиливающегося акафиста безвременно ушедшему «великому русскому режиссёру».

    Балабанову было нечего сказать. И все фильмы именно об этом. Потому, чем дальше, тем меньше было, как ожиданий, так и собственно исполнения этих ожиданий. А всякая новая (в кавычках) картина превращалась в пиршество самоцитирования и самоповторов, что в двух случаях совершенно неудовлетворительное дело: когда режиссёра не зовут Андреем Тарковским и когда режиссёр воспринимает самовозвраты как должное, то есть всерьёз.

    Любимые герои АБ суть такие же, как сам, за что любимы также народом-богоносцем (бесспорным лидером народной любви был и остаётся «брат» Данила, этот эмпатичный вечный пятиклассник: «В поле каждый колосок» как идеологическое обоснование непрерывного кровопролития) и многоумными критиками, подуставшими от Бондарчука-фис. Героям тоже нечего сказать. Они даже визуально не выглядят людьми, способными что-то говорить, что-то сверх обиходного минимума. Постоянное движение в фильмах АБ призвано компенсировать и отчасти затушевать отсутствие содержания (если не считать содержанием постоянное броуновское движение, перемещение героев), а скудость вербализованного концепта не так бьёт по ушам, если по ушам бьёт неумолчный звукоряд «русского рока». Когда человек не может думать, он всё время ходит. Или ездит. Это особенно заметно в последнем фильме. Герои Балабанова думать не могут и не успевают. Тот факт, что 99 из ста наших современников такие же точно, и живут такой же точно жизнью, не снимает главного вопроса: а что сказать-то хотел? Что жизнь материальных инфузорий и есть вся жизнь, что другая жизнь прожита, и эта оставшаяся — не что иное, как пресловутый ад? В аду чего болтать-то... мучь себя и других...

    Мир АБ теснее, чем «гроб» Раскольникова. Тот хоть вышел однажды, зарубил, освободил эго, а потом на каторгу, а там нашёл Иисуса, закрепостил эго... Балабановские герои в гробу и убивают, а Иисуса встретить в гробу нет никакой возможности, нет его там, о чём уже давным-давно, лет тыщи две как, было извещено ангелом. Мир Балабанова существует с таким видом, словно и не было никогда ничего «помимо водки». И ещё дебоша в разных формах.

    Предпоследний фильм, «Кочегар», даёт и подсказку относительно вот этой адской локализации действия и героев. Помните, горящий огонь? Он там повсюду. А в квартире убитой дочери главного героя так и вовсе горит в печке сам собой и не гаснет. Адский. Вечный... Я, когда посмотрел «Кочегара», грешен, решил: всё, этот фильм последний. Не представляю, так и сказал тогда, что можно снять ещё после «Кочегара».

    Ошибся. Снял. Дважды садился смотреть — нет, не могу. «Не в силах я вахту стоять», — сказал кочегар кочегару»... Потому и не знаю, как умер в финале великий русский режиссёр. Потому для меня он жив. Как и его мир.

    Кто же в таком случае умер?!

    Голосовать - -2 | +12 +
    Андрей Тюков
    27.5.2013 в 16:25
  • Чего сказать-то хотел?

    Эх, образованщина!

    Голосовать - -1 | +1 +
    И?
    27.5.2013 в 20:21
  • Теперь и не знаешь, что лучше: комментарий или сам фильм? Но, явно не сама рецензия. После такого скромного «Одно мнение», я чуть было и сам не забыл, кто там умер-то? В финале. Хоть и смотрел — за две сотни, в кинотеатре аж.

    И, конечно, как увидел самого Балабанова, в его же фильме, впервые, а потом еще и смерть его, как наяву, как уж тут удержаться (да и кто сомневаться посмеет теперь!) — ярким столпом света на экран вскарабкалась мысль: «Наверное, это последний». Мистикой повеяло по всему залу. Принюхался — попкорном пахнет с соседнего сиденья. И Леонид Фёдоров, который «русский рок», откуда-то из глубины:

    "Э-э-эй, слуги огня!

    Э-э-эй, слуги огня!

    Э-э-эй, слуги огня!

    Я пред вами — вяжите меня! "

    Так и передернуло. Холодок пробежал по спине. Ну, думаю, точно предзнаменование...

    И, как говорится, не прошло и пол года, как на сайте рецензия появилась. Следом и комментарий, мол: "Божий суд не то, что человеческий! "

    А я, вопреки, хожу туда-сюда по комнате, думаю: "Такой комментарий, прям по глазам бьет хлыстом — отрезвляет! Я тоже хочу! "

    Голосовать - -2 | +2 +
    • так он, говорят, ждал смерти. потому что знал о своей болезни. уж, не знаю, какой именно болезни, но, видимо, серьёзной.

      Голосовать - 0 | +1 +
      una
      31.5.2013 в 12:39
  • Для автора будет новостью, но события фильма «Груз 200» происходили на самом деле. Нету гиперболы. Вообще

    Голосовать - -1 | +1 +
    Томаш
    30.5.2013 в 09:22

Для того, чтобы высказать свое мнение, регистрация не требуется.
Но, по желанию, вы можете зарегистрироваться или или войти на сайт
через свой профиль в социальных сетях:

  • Ваше имя *
  • E-mail
  • Сайт
  • Текст мнения *



Мы в соцсетях
Лучшие