Интернет-журнал Республика Карелия

Я – самый трезвый в деревне

Евгения Волункова 10 сентября 2012
Голосовать -1 | +271 +
Я – самый трезвый в деревне

Ивана Петровича мне  порекомендовали в Эссойле как человека, о котором «обязательно надо написать», уж больно активный и известный. В Лахте Иван Петрович живет в недостроенном доме со стеклопакетами и шикарной печью, которую сложили с сыном в четыре руки. Говорит, что готов уже помирать, а, с другой стороны, все силы вкладывает в дом, чтобы еще пожить. 

Макаров Иван Петрович, 80 лет, деревня Лахта, Пряжинский район

Макаров Иван Петрович, 80 лет, деревня Лахта, Пряжинский район

— У нас недавно дом сгорел. Электричество замкнуло. Из больших потерь – у жены сгорели зубы и наше с ней брачное свидетельство. Свидетельство я восстановил, а протезы новые пока не приобрели. Если бы жена была с инженерным образованием, пожара бы не случилось. Это ночью произошло, мы спали уже. Раздался громкий щелчок — выключились пробки. Жена услышала, проснулась. Не сообразила, решила, что обычное дело – и дальше спать легла. А через час мы уже выскакивали из дома… Он застрахован был. Страховки хватило, чтобы построить новый. Много еще, конечно, доделывать нужно. И обшивать, и полы…

Здоровье

— Я спортивный был всегда. На лыжах бегал, на лодке, рыбалкой занимаюсь. И как-то в новом доме дверь сам ставил – и что-то прихватило. Лег. Давление нормальное, а пульс не прощупывается. Нету. Попал в итоге в больницу с инсультом. Полечили, выписали, велели жить без нагрузок. А как я без нагрузок? Прекратил лыжи пока... Может, в этом году снова встану.

— У нас тут было две смерти в деревне. У моего свата сын умер в возрасте 36 лет. Такое горе… И второй тоже… Успел получить две пенсии и умер. Один был у матери. Все дело в питье. Есть тут такие керосинщики! 50, 60 лет… Его, чтобы трезвым увидеть, это я не знаю, как нужно время подобрать. Я самый трезвый в деревне. Не пью совсем. В молодости бывало: премию получишь – и в ресторан с коньячком. А так, как сейчас пьют, я никогда не пил.

Жена

— С женой мы воспитывались в одной группе в детском саду. Играли: ты — мама, я — папа, дома строили. Доигрались.

— Я на год позже жены в школу пошел, так что всю жизнь ее догонял. В университетах только сравнялись, потому что я лестех заканчивал, а она – медфак. Там же шесть лет учатся. Мы по-настоящему встречаться стали, когда еще учились. В 1952 году признались, в 58-м – расписались и сошлись. Работали – мотались по городам. Питер, Петрозаводск, Сегежа… Так жизнь прошла. На пенсию вышли – уехали в Лахту.

— Жена — гипотоник,  с низким давлением. Инфаркт был два года назад. Совсем ослабла. Насилу себя ходить заставляет. И все что-то пытаемся делать. Я — за рыбой, она — на грядках…

— Встаю в семь. Жена ругается: ей бы поспать, а я уже чай-кофе гоняю. Иногда, бывает,  устанешь – днем поспишь.  Но если днем спишь, ночью ворочаешься.

— Еду готовлю с утра. Смотрю: часок ушел. Потом за водой схожу: еще часок. Потом дрова поколю. Потом обед. Зимой так печку стоплю еще. Жена встала — уже тепло.

— У некоторых  тут «тарелки». А у нас  – два канала. Дом сгорел, так не по карману тарелка.

Война

— Когда была эвакуация, мне было восемь. Все помню. Все подробности. Как и на чем добирались до Петрозаводска, как потом целый месяц до Урала.  Как стреляли по поезду. Как бомба попала в состав с боеприпасами, а мы недалеко были. И старушка одна из нашей деревни погибла. Как сидели под стогами – взрослые туда затолкали. И как потом ползли в отремонтированный вагон.

— В Свердловской области нас развезли по деревням. Мы попали в лесной поселок. Работали в лесу. Не учились. Младший брат там заболел краснухой. Никакой медицины не было. И он умер. Три года ему было.

— После войны, помню, все очень оперативно решалось. Мы приехали в начале сентября 44-го в деревню. И в течение недели в Лахте открыли магазин, провели телефон. Заработали клуб, библиотека, сельсовет. С 1 октября открыли школу. Это в течение месяца жизнь наладилась. А сейчас какой-нибудь вопрос решить оперативно невозможно…

Дела

— Я организатор. Все тут организую. Празднование Петрова дня, регату лодочную, Новый год, поминки, похороны…  В этом году из-за сердца организатором праздника выступить не смог – и не праздновали Петров день…

— Активистом стал случайно. Так получилось, что в 92-м году сгорел дом, где стоял телефон. Он был один на всю деревню. И вот народ собрался, стали решать, кому домой его поставить. Люди почему-то стали говорить: «Давайте Макарова старостой, и телефон – к нему». Сельсовет телефон в итоге поставил у одной бабульки, а старостой меня таки назначили. Потом старушки попросили часовню отремонтировать. Я отремонтировал. Потом она сгорела, я новую построил. Не один, конечно. Людей собирал, деньги искал.

— Скуки не замечаю. Летом тут людей под двести человек, а зимой этой было 27 – так это толпа. Есть с кем пообщаться. В деревне у нас три коровы. Покупаем с женой молоко два раза в неделю. По три литра берем. Сами делаем творог, сметану.

Желания 

— Плохо, что матери досталось из-за меня. Она нас с братом одна воспитывала. И потом меня, когда он умер, – тоже одна. По уши была в работе. Я один дома сидел. Сам себя воспитывал.  Хулиганом не стал, не свихнулся.

— Хочу дожить до того, чтобы внук меня стал помнить. Ему годик сейчас. Не знаю, доживу ли? Для смерти-то я уже  созрел. Считаю, все сделано: дети, внуки, правнуки… Что еще? Можно и умирать.

Фото: Виктор Давидюк

Все посты проекта «Старожилы»:

«Каждая пятерка – удар по врагу». Лидия Алексеевна Бокунова. 84 года. Председатель куркиекского Совета ветеранов. Поселок Куркиеки, Лахденпохский район.

«Людей больше не осталось» Клавдия Ивановна Стойкина, 88 лет. Село Вешкелица, Олонецкий район

  • текст отличный, но.. кто допускает такое « в эфир» ?

    «По уши была по уши в работе». и это только одна из многих ошибок..

    Голосовать - -6 | +2 +
    Ян
    10.9.2012 в 09:34
    • а если вслух читать без интонаций и препинаний, реалистично получатся не токо «По уши была по уши в работе», а кажно коротко предложение вместе стих..

      Голосовать - 0 | +2 +
      выходец
      10.9.2012 в 10:08
  • Очень интересно читать Старожилов. И текст и фото — отличные. Надеюсь, будет еще.

    Голосовать - 0 | +8 +
    Гость
    10.9.2012 в 10:55
  • Автор молодец. Но нужно возраст героя указать.

    Голосовать - -2 | +2 +
    Р.
    10.9.2012 в 11:41
  • Отличный текст. Читается одним махом. И то, что обороты неправильные, так народ разговаривает не на литерарурном языке, так реалистичнее. Словно сидишь на лавочке рядом и слушаешь с удовольствием рассказ хорошего человека. Благодать...

    Голосовать - 0 | +3 +
    marusya
    10.9.2012 в 20:23
  • очень хороший проект! Молодчина Евгения. а портреты просто чудесные.. настоящие.. жизненные.. и свет прекрасный.. Мой респект фотографу!

    Голосовать - 0 | +2 +
    Ирина Ларионова
    12.9.2012 в 09:43
  • Жизненность героев Волунковой делает и журналистику очень живой и нужной в нашем мире. Жека молоток. Лет через 50, когда я буду так же кряхтеть в одной абсолютно счастливой деревне, напишешь про меня: «Натфедрне 90. Она уже ни фига не соображает, но как сядет вспоминать журналистскую молодость, так все воспроизводить в деталях. Готовит баба Наташа плохо, но зато материться покруче соседского деда Ильи»...

    Голосовать - 0 | +3 +
    Ермолина
    12.9.2012 в 14:45
  • Онищенко запрещает грузинские вина, но не замечает, что твориться под носом.Самое страшное-дешевые портвейны. Раньше допивались до белой горячки, выживали.

    В этом году трое мужиков на моей улице дождались пенсии и померли от 77.

    Сперва гниют ноги, затем мозги.

    Голосовать - 0 | 0 +
    veps52
    12.9.2012 в 22:31
  • ах Женя......

    Голосовать - 0 | 0 +
    Марина Галаничева
    22.10.2012 в 22:51

Для того, чтобы высказать свое мнение, регистрация не требуется.
Но, по желанию, вы можете зарегистрироваться или или войти на сайт
через свой профиль в социальных сетях:

  • Ваше имя *
  • E-mail
  • Сайт
  • Текст мнения *



Мы в соцсетях
Лучшие